Удар – и красная струйка крови полилась на песок. Отросток отлетел в сторону и тут же распался на мелкую-мелкую пыль, из которой состояло всё во снах. Эти выросты – иллюзия. Но травмы, которые девушка наносит сама себе – реальны.
Я отшатнулся в ошеломлённом состоянии борясь с чувством тошноты. Контролировать себя не получилось – ноги сами унесли меня дальше вглубь магазина, под самый тёмный из стеллажей, где я в оцепенении и ужасе пытался унять нескончаемую дрожь во всём теле.
– НЕТ! – только и слышен был вопль Мэнди, переносящей невозможные страдания.
Я зажмурился и закрыл уши руками, лишь бы не слышать ни плача, ни криков, ни хоть каких-либо ещё звуков. Всё, чего я хотел – выбраться отсюда. Кровь разносилась по всему телу с такой скоростью, что я буквально чувствовал, как потоки впрыскиваются в каждую клеточку тела. Адреналин в крови разогнал сердце до ужасающей скорости, мои зубы стучали в такт сбивчивому дыханию, которое я был не в силах контролировать.
– Эй! Что тут... Ты чего это? – сквозь плотно закрытые ладонями уши просочился голос Таши.
Я с невероятным усилием раскрыл глаза и увидел знакомое лицо. Девушка склонилась надо мной и тревожно наблюдала за тем, как я весь трясусь и дышу раза в два чаще, чем нужно.
– Что здесь происходит, парень? Отвечай!
– Девушка... Мэнди... Винсент... – отрывисто начал объясняться я.
– Стой. Здесь есть кто-то ещё? – с тревогой спросила она.
– Хозяйка сна. Говорит, что её мучают кошмары из-за Винсента. – ответил я дрожащими губами.
– Кто такой Винсент?! – уже явно более обеспокоенно спросила Таша.
– Н-не знаю...
Она выпрямилась и помогла подняться на ноги мне. Новость о том, что в этом сне есть кто-то ещё, кроме нас и хозяйки, вывела её из равновесия. Она испуганно и тревожно осматривала каждый угол, держа на изготове тот самый двуствольный револьвер, очень осторожно двигалась от стеллажа к стеллажу, шептала какие-то непонятные мне слова и ругалась вполголоса.
– Где девушка? – обратилась ко мне Таша.
– Мясной отдел. – ответил я, немного успокоившись.
Таша потянула меня за собой – осторожно, останавливая перед каждым поворотом к новому торговому ряду. Как только мы добрались до того места, где Мэнди отсекла от себя кусок плоти-иллюзии, то нас уже ждало нечто более ужасающее.
Высокая тощая фигура невероятно бледного, почти белоснежно светлого человека прильнула к стеллажу, к которому привалилось исступлённое тело исходящей кровью девушки, и нежно поглаживала её по волосам. Стежки грубо залатанных ран проходили по каждому сочленению его конечностей, кроваво-красными нитями связывая части тел вместе. Фигура молчаливо наблюдала за тем, как капля за каплей кровь покидает тело Мэнди. Вместо нормальной речи она урчала всем нутром даже не раскрывая рта, который был зашит теми же алыми нитями. Глаз как таковых не было, если вообще можно считать глазами две небольшие прорези, облепленные запёкшейся кровью.
Казалось, что Мэнди больше не подавала признаков жизни. После потери огромного количества крови она была попросту не в силах подняться на ноги, держать руки и голову поднятыми, а потому сидела как тряпичная кукла, капая слезами в лужу крови, что натекла под телом. Изредка вздымалась лишь грудь, что давало нам понять – она дышит, но желание прекратить и этот процесс читалось во всём её поникшем, обмякшем теле.
Один вид на тело этой фигуры доводило до тошноты, от неё сочилось непонятное, невероятно сильное чувство страха и тревоги. Такой человек просто не мог существовать, он был иллюзией, страхом, всем кошмаром. За всё то время, что Мэнди отсекала себе лишнюю конечность, не произошло ни единого перехода между временами. Связано ли это с появлением этого, с позволения сказать, человека? Или же состояние сна зависило исключительно от состояния самой Мэнди?
Меня одёрнула Таша и шепнула мне на ухо "Выметайся отсюда".
– А как же девушка? – шёпотом ответил я.
– Её не спасти! Нам бы самим уцелеть! – громким шёпотом сказала она.
– Этот Винсент... Не человек. Кто он?
– Расскажу как только выберемся отсюда.
– Но почему? Застрели его и дело с концами.
– Поверь, этого...
Не успела Таша договорить, как фигура взвалила на себя тело Мэнди и неслышным, почти летящим шагом скрылась за очередным стеллажом, растворившись в магазине. Воцарилась давящая тишина, какой уж точно не было, когда я находился в магазине один.