Найти все частные и государственные клиники для душевнобольных, а также центры психологической помощи в нашем городке не составило проблем – вместе с адресами Интернет был полон и прочей информацией, но как назло имён сотрудников там написано не было. Шесть центров и одна психиатрическая лечебница. Возможно, я даже управлюсь за один день.
Решив сразу отмести или подтвердить вариант с психиатрической лечебницей, я в первую очередь пошёл именно туда. Палящее солнце, которое, несмотря на конец лета, оставалось ужасно ярким, угнетало любой настрой. Хоть идея найти Ташу слегка освежила мои мысли, убрала большую часть тёмного цвета из крайне скудной палитры, я по-прежнему чувствовал себя разбитым и отчуждённым от всего, что связывало меня с миром. Если вы когда-нибудь видели на фотографиях эффект "фантома", который полупрозрачным двойником следует за вами, то вы поймёте мои чувства. Интернет подсказал мне, что данное состояние называется "деперсонализацией". Выглядело похоже, а потому я просто принял этот факт к сведению.
Совсем незаметно я начал много времени уделять сайтам медицинских клиник, в частности, психологической помощи и психиатрической практики. Диагнозы, способы их определения специалистами, обучающие ролики. Я смотрел за тем, как шизофреники кривлялись и корчили рожи тому, кого не было на самом деле. Люди с дебильностью, различными отклонениями вроде шизофазии, галлюцинаций, бреда величия, маний, депрессии, апатии и многих других. И во всём этом разнообразии заболеваний, которое словно поле цветов пестрило ярчайшими примерами, я всегда находил себя, хоть и частично.
Психиатрическая лечебница Ньюберч-порта была достаточно злачным местом. Финансирования, как и многие из старых зданий города, это место не получало уж очень давно: краска на фасаде во многих местах облупилась, деревянные оконные рамы прохудились и растрескались, сами стёкла были грязными. Невысокое, но длинное здание больше напоминало казарму, чем лечебницу. Медсестра преклонного возраста, которая могла работать в этом месте ещё на заре увядания, сидела на посту и сразу мне сказала – врачей или других медсестёр по имени Таша у них не работает и никогда не работало. Что ж, одним местом меньше. Мне было слегка жутковато находится в этом здании – располагавшееся на отшибе, невероятно старое, с уймой больных разной степени запущенности, что слонялись по коридорам взад-вперёд, место это вполне могло повлиять на психику в куда более угнетающем ключе. Мне казалось, что даже будь я абсолютно здоровым человеком, то нахождение в этом месте чуть дольше положенного определённо сказалось бы на моём состоянии в худшую сторону.
Я был рад покинуть лечебницу. Оставаться там хоть на минут дольше представлялось мне почти что испытанием. Я сел на автобус, что довёз меня до центра города, и почти сразу пошёл к следующему месту, где располагался один из центров психологической помощи. Все эти центры, по сути своей, были частными клиниками, куда стекались многие доктора и психологи, которым не нашлось места в более приличных учреждениях. Тем не менее, клиники эти существовали, а значит в их услугах кто-то да нуждался.
Как я и подумал изначально, крохотное здание, забитое и заткнутое за пояс со всех сторон магазинчиками самой разной направленности, также находилось на грани – ещё чуть-чуть и оно бы оказалось в "рыбном" районе, а значит практически со стопроцентной вероятностью совсем скоро разорилось и закрылось. Обычные люди не любят ходить в "рыбный" район – им попросту нечего там делать. Даже дети, которым свойственно испытывать собственный организм на прочность в таких местах, не решаются заходить туда.
С трудом отыскав вход в центр помощи, я не увидел ни единой живой души – ни администратора, ни хоть кого-то из персонала. Само здание выглядело слегка заброшенным: пыльные полы, грязные фонари под потолком, разбросанные бумаги. Но на самом фасаде по-прежнему значилось название клиники, двери были чистыми и открытыми, потому на ум сразу пришла другая мысль – уборщицы в этом месте не было, а сами люди, работавшие здесь, не сильно любили чистоту.
Побродив по пустым коридорам, залитым солнечным светом, я таки набрёл на мужчину, который слонялся без дела в белом халате. Подойти к нему было немного страшновато – сказывалась природная стеснительность, усугублённая моим общим состоянием, а потому я немного потоптался на месте, глазами высматривая кого-нибудь ещё. Когда я убедился, что других людей нет и они вряд ли вообще появятся, то сглотнул и робко подошёл к мужчине. На мои расспросы он также ответил, что не знает ни одного человека по имени Таша, после чего настойчиво стал предлагать свои услуги психолога. На его голос из своих кабинетов вылезло ещё несколько людей и все как один ухватились за меня, как за последнюю надежду, крича на перебой словно голодные чайки.