– Я сам этого захотел. Мне... Нужен был человек, которому я бы смог открыться. После одного случая мне было невероятно плохо. – начал я.
– Дай угадаю – это девушка, да? – спросила она, хитро сощурив глаза.
– Да... Это была идиллия. Лучшее время, которое я когда-либо проводил с кем-то настолько близким.
– Я надеюсь, ты не будешь сейчас распыляться на тему того, что все девчонки законченные эгоистки и сучки? Я бы не хотела это слышать. Как говорится, правду никто не любит и я в том числе.
– Нет, дело в другом...
– Да-да-да, понимаю, "я любил её, а она стала другой, как будто я и не знаю этого человека!".
– Да послушай же ты...
– Даже если она тебе изменила, то в этом...
– Онир убил мою девушку! – выпалил со злобой я.
Таша "подвисла" на минуту. На уставшем лице читалось смешения недоумения и непонятной злобы.
– Чего ты только что сказал? – тихо проговорила она.
– Онир. Убил. Мою. Девушку. – отрывисто повторил я.
– Я сейчас вижу всего один вариант развития такого исхода. И он мне ой как не нравится, потому как он будет лишь доказательством того, что ты чертовски необучаемый человек. Глуповатый, если не сказать больше. Ты рассказал ей о живых снах?
– Я доверился ей. Я спас её из кошмара.
– А почему ж ты мозгу своему не доверился? Я на сто процентов уверена, что ты вспомнил мои предостережения. Говорил сам себе, что это плохая идея! Проклинал себя десяток-другой раз после всего того, что случилось!
– Меня чуть было не придушил её отец. Я забыл больше двух месяцев жизни, которые прошли в тумане. Я, чёрт возьми, даже пропустил своё совершеннолетие! – вскипел я.
– Бедный мальчик! Надеюсь, что два месяца грусти и депрессии научили тебя думать головой, а не причинным местом! Как можно быть таким безответственным?!
– Она сама меня обманула! Насмотрелась снаффа, прекрасно зная о том, что она впечатлительная донельзя! – мы кричали друг на друга, будто были крайне плохой семейной парой, для которой ругань была обычным делом и вспыхивала за секунды.
– И ты это допустил?! Тогда ты точно глупее, чем я думала. – Ташу неистово задевал тот факт, что я, как ей казалось, проигнорировал её уже не в первый раз.
– Я – нарколептик! Она сделала это, когда у меня был приступ, когда я отключился! – крикнул я и подорвался с дивана.
– Оу... Джон. Я... Я не знала.
– Никто не знает! Все те, кто со мной когда-то общались, перестали это делать из-за нарколепсии. Я закрылся в себе, ушёл от людей, проснулся в чёрт-знает-каком мире и теперь единственный человек, которому я за всё это время смог довериться, предал меня и покоится сейчас на небесах!
– Джон...
– При мне зверски убили двух человек, я сам дважды чуть не стал жертвой этих монстров! Мне всего восемнадцать, а я уже подверг себя настолько глупой и безрассудной опасности... – по щекам покатились крупные слёзы, которые я даже не пытался удержать.
Оглянувшись на девушку я увидел, что и она тоже плачет. Плачет навзрыд, не стесняясь другого, практически незнакомого ей человека. Она громко всхлипывала, в то время как я лишь молча утирал ладонью мокрые дорожки на лице. Этот монолог позволил мне остыть, отпустить часть того, что меня тревожило и волновало. Я хотел подойти к Таше, утешить её, но не знал, как сделать это правильно. Потому, выбирая между "сделать хуже, пытаясь помочь" и "дать ей прийти в себя самостоятельно", я выбрал второе. Я снова опустился на диван и уже молча стал наблюдать за девушкой, пока по моему лицу всё продолжали течь слёзы.
Спустя какое-то время мы оба успокоились. Повисло необходимое нам молчание, чтобы собраться с мыслями и не навредить друг другу. Она постоянно смотрела куда-то в сторону, возможно, чтобы не показывать своего расстройства, а может быть и по другой причине, которой я не знал. Наконец, она тихо произнесла:
– Ты ведь не такой ожидал меня увидеть, правда?
– Да... – также тихо ответил я.
– Девушка с укладкой, в красивом платье, на шпильках. Вся такая резкая и похабная, отпускает колкости направо и налево. Я была такой, Джон. Правда была. Но если ты пострадал от живых снов, то я... Реальная жизнь ударила по мне больнее.
– Что случилось?
– Я... Даже не знаю, стоит ли о таком рассказывать...
– Я посчитал тебя единственным человеком, которому стоит довериться. За более чем два месяца в мою тупую голову не приходило ни одной здравой идеи, за исключением одной – найти тебя. Эта же идея заставила меня двигаться, искать. Косвенно можно сказать, что ты спасла меня в очередной раз.
– Я не заслуживаю такого доверия... Но я рада, что мне дают шанс.
– Сет рассказал мне, что ты записалась к психотерапевту пару недель назад. Упомянул ещё какую-то автокатастрофу.