Сила сна не подсказывала мне ничего. Несколько раз я чувствовал по-настоящему сильные сны, которые могли бы навести меня на Онира, но всегда они оказывались лишь фантазиями особо впечатлительных людей. И тем не менее, в сильных снах я старался натолкнуть человека на то, чтобы он попробовал вырваться из сна, уйти за границу. Но всё оказывалось тщетно – намёки и подсказки игнорировались, а смерть и последующее пробуждение не заставляли себя долго ждать. В таких поисках нарколепсия была моим спасением – я подолгу мог не принимать таблетки и проваливаться в сон большое количество раз, что становилось безусловным плюсом.
На своих двоих я обошёл город несколько раз, повстречал сотни знакомых лиц и ещё больше незнакомых, сильно отощал из-за большого количества движения и крайне скудной пищи, которую я иногда перехватывал на своих прогулках. Дома я практически не ел, но приходил туда для того, чтобы принять душ и уснуть. Для меня это было крайне привычным распорядком дня, но вот мать... Она всерьёз обеспокоилась моим течением жизни.
Очередным днём, когда согласно распорядку я проснулся ровно в 9 часов утра и, не завтракая, тут же собрался на улицу, мне дорогу перегородила бригада скорой помощи. Несколько санитаров в униформе встали аккурат напротив входной двери в квартиру и небольшой стеной закрыли мне проход к лифту.
Я хитро улыбнулся, чтобы не вызвать подозрения, и спросил у них:
– Эм... Чем могу помочь?
– Джон Мэш? Мы не ошиблись? – спросили они, рассматривая планшет со списком имён.
– Да-да, это я.
– На ваш адрес поступил вызов. Кем вам приходится Саманта Мэш?
– Это... Это моя мать. – улыбка медленно сползла с моего лица.
– Тогда мы вынуждены попросить вас пройти с нами.
– Нет-нет-нет. Здесь какая-то ошибка. – ответил я, чуть отойдя в сторону.
– Ваша мать серьёзно обеспокоена вашим состоянием, а в наших амбулаторных картах значится, что вы уже долгое время не консультировались с лечащим врачом. Джон...
– Моя мать слишком сильно меня опекает...
– Ситуация может осложниться, если вы не будете...
– Послушайте же меня...
– ... действовать согласно указаниям врача...
– Да-да, конечно. Послушайте...
– ... и принимать необходимые медикаменты. В противном случае вы можете представлять угрозу для общества и мы будем вынуждены прибегнуть к задержанию.
– Это всего лишь нарколепсия. О чём вы говорите?
– Ваша мать... Она несколько раз консультировалась в нашей больнице. И поверьте, у нас есть повод опасаться за ваше здоровье.
– Воу! Стоп! Я в полном порядке! Нет никаких опасений за мою жизнь! Хорошо? Повторюсь ещё раз, но моя мать душит меня опекой и любой чих из моей комнаты для неё звучит как предсмертный хрип. Не... Не стоит верить всему, что она рассказывает.
– Хм... Вы отказываетесь от госпитализации, я вас правильно понимаю?
– Именно. Прошу прощения за такую выходку, но повода переживать за моё состояние нет и не было.
– Тогда прочитайте и подпишите этот бланк. Городская больница обязана реагировать на все вызовы, в том числе в редких случаях администрация в праве приставить к пациенту под подозрением участкового врача. Всего лишь формальность, но эта формальность уже спасла несколько десятков семей от пациентов в коротких ремиссиях, которые страдали от различных психических заболеваний.
Дело дрянь. И как долго за мной будет следить какой-нибудь докторишка, словно я сбежавший из больницы психопат?
– Да, конечно. А... Как долго будет длиться это наблюдение?
– Минимум неделю.
– Понял.
– Всего доброго, мистер Мэш. Прошу прощения за беспокойство.
– Ничего страшного, всякое бывает. До свидания. – я закрыл за собой двери квартиры и не спеша пошёл по лестнице, в то время как санитары спустились на лифте. Я специально шёл как можно медленней, лишь бы не застать их у подъезда. Такого рода кампания мне точно была не нужна.