Кто-то в лесу, близ деревин Аксам, напал на местную учительницу Елизавету Федоровну Краснову, когда она возвращалась пешком из районного городка, оглушил, хотел, верно, убить, но только тяжело ранил.
Вот и Аксай.
Старенькая «Волга» свернула в переулок и остановилась у подъезда медпункта в тот самый момент, когда в дверях появились санитары. Худой старик в очках отдавал им приказания. Слушая его, санитары осторожно подносили к машине «скорой номощн» носнлкн с женщиной.
— Постойте, Илья Борисович! — майор жестом остановил Санитаров. Наклонившись над раненой, он осмотрел ее лицо, голову.
— Еще жива, — произнес врач, поправляя очки. — Пульс, правда, едва прощупывается.
— Может скончаться.
— Может… Удар тяжелым тупым орудием по левой стороне затылка. Везем в хирургическое отделение районной больницы.
— Районной? — удивился майор.
— Районной… Там хирург неплохой, опытный. А в область далеко. Боюсь не довезем, Николай Петрович.
Высокий капитан милиции показался на крыльце. Из-под короткого больничного халата видны были его длинные ноги в брюках с кантом. Отогнув полу халата, он нащупал папиросы, вынул пачку и закурил.
Но. вспомнив, что перед ним старший по званию, торопливо отвел руку с папиросой за спину.
— Кури, кури, Егор Семенович! — махнул Гарин. — Небось, пока в палате был, уши опухли?
— Вот именно! — подхватил капитан и с удовольствием затянулся.
Он, капитан Мельников Егор Семенович, уже двадцать лет работает в здешних местах. Начальник райотдела. В далекие военные годы привезли его, полуживого парня, в тыловой госпиталь прямо с фронта, с Курской дуги. Долго лечили, и хоть уволили из армии «вчистую», опять вроде на войну попал. В милицейской шинели гонялся за бандитами, вступал в бой с налетчиками. Курсы разные проходил, квалификацию повышал и после одной перестрелки еще месяца полтора на койке отлеживался. Женился Егор Семенович вскоре после войны и с тех пор навсегда стал местным жителем…
Сейчас, сойдя с крыльца, он начал рассказывать майору Гарину и лейтенанту Никитину, приехавшему с майором, обстоятельства дела о ранении Красновой.
Меж тем дверца «скорой помощи» захлопнулась, как только носилки с раненой вдвинули в кузов. Машина тронулась с места. Стала редеть, расходиться толпа.
Ключ легко вошел в скважину, и двери открылись.
Уже было известно следственной группе — жила учительница одна, пошел второй год, как муж ее умер.
Замуж она вышла еще в войну, когда молоденькой девушкой эвакуировалась с Украины и получила назначение на работу в Аксай. Муж вскоре ушел на фронт, вернулся в сорок шестом и стал работать механиком МТС. Он был еще нестарым мужчиной, но часто болел. С фронта больным вернулся. Карточка его висела в спальне над кроватью Елизаветы Федоровны. Других родственников у нее в Аксае не было. Дочка в этом году окончила медицинское училище и работала далеко, в Сибири. А в Полтаве жила сестра Елизаветы Федоровны, Надежда.
В спальне стоял письменный стол, на нем — книги, стопка тетрадей. Майор взял одну книгу, полистал и положил обратно. Капитан Мельников, увидев тетради, потрогал их, аккуратно подравнял стопку. Вспомнил своего сына, кончающего десятый класс, и дочку, которая в пятый ходит.
— В институт мечтает Анатолий… Он радиоделом увлечен сильно. В такой институт и метит. Трудно сейчас поступить, но пусть попробует. Может, пройдет…
Говоря это, капитан вынимал из ящика письменного стола бумаги. Все, что рассказывает о жизни учительницы, о ее связях, знакомствах, работе, могло пригодиться.
Увидев пачку писем, перетянутую белой резинкой, майор взял ее, снял резинку.
Лейтенант Никитин заметил:
— Мало писем она получала, Николай Петрович…
— За три года — двенадцать… Да, маловато.
— Может, выбрасывала?
— Это вполне возможно… Не все берегут прочитанные письма.
Они раскрыли шифоньер, осмотрели потолок, пол, стены, окна. Никаких следов грабежа не было. Осмотр места в лесу, где нашли учительницу, тоже показал, что никто раненую не обкрадывал. Даже сумочка с паспортом и деньгами лежала в траве у дороги. В сумочке и нашли ключ от квартиры.
Протокол осмотра квартиры писал Никитин. Майор прочитал его и, прежде чем расписаться, добавил в конце, что обнаружена также и приобщена к материалам следствия групповая фотография студентов Полтавского педагогического училища.
Эту групповую фотографию, стоявшую на письменном столе, майор долго рассматривал, потом вынул из старенькой рамки и положил в свои портфель. Чем-то она его заинтересовала.