Глава сороковая
Пэйдин
В этот час в коридорах царит тишина.
Тени окрашивают изящную лепнину в зловещий цвет, когда я прохожу мимо. Весь день я провела взаперти — то в собственной комнате, то подсовывая записки под дверь Кая. До наступления темноты это казалось приятным развлечением. Теперь же я выхожу, чтобы восстановить равновесие и успокоить свой разум. Я жаждала этого момента с последнего Испытания, с тех самых пор, как вернулась из Форта с разгоревшейся жаждой мести.
Я поворачиваю за угол и…вижу вспышку сиреневого в лунном свете.
Она стоит, небрежно прислонившись к стене. Ее лицо обращается ко мне, и я замечаю на нем скучающее выражение и морщинку, залегшую меж бровей.
— Значит, ты правда думаешь, что сможешь меня убить.
Мой кинжал уже сжат между дрожащими пальцами. Обмякшее тело Адины на моих коленях — это все, что я вижу, когда встречаюсь с пустым взглядом Блэр. Я думаю о Маке и его боли, которая усиливает мою собственную. Гнев вспыхивает перед глазами, на мгновение меня ослепляет ярость, когда я шагаю к ней.
— Я сделаю гораздо хуже, — выдыхаю я. — Я заставлю тебя умолять.
Блэр хрипло смеется.
— Знаешь, такой ты нравишься мне гораздо больше. Жаль, что ты пытаешься убить меня — мы могли бы стать хорошими подругами.
Я не думаю — просто разворачиваю кинжал в руке и швыряю его ей в лицо. Лезвие крутится в воздухе, но это жалкая попытка, которую она, я уверена, остановит силой разума. Но мне все равно. Пусть прячется за своей силой. Я просто хочу увидеть, как угасает жизнь в ее глазах.
Эти мысли — жестоки. Безжалостны. Они не были свойственны Адине…
Но Адины больше нет рядом, чтобы спасти меня от самой себя.
Блэр тихо присвистывает, глядя на кинжал, острие которого застывает в каких-то дюймах от ее лба.
— Не думала, что ты на такое способна, Грэй, — говорит она, позволяя кинжалу с грохотом упасть на пол. — Ты изменилась.
Я обнажаю зубы.
— Ты сделала меня такой.
Она пятится, щелкая языком.
— Нет. Это всегда было внутри тебя. — Она отворяет дверь своей комнаты, и свет свечей заливает коридор. — Просто нужен был кто-то, кого можно в этом винить.
Я подбираю кинжал с пола и следую за ней. Лезвие дрожит в моей поднятой руке.
— Ты не знаешь меня. Ты не знаешь, через что я прошла.
— Чума, Пэйдин! — Блэр опирается на столбик кровати, закатывая глаза. — Не строй из себя единственную, кто пережил дерьмо. Да, я убила твою подругу, и знаешь что? — Ее горло подрагивает в мерцающем свете свечей. — Это до сих пор преследует меня. Но это было Испытание. И я победила.
Внезапный грохот за спиной заставляет меня резко обернуться.
На пороге, тяжело дыша, стоит Гвардеец — рыжие волосы вспыхивают в свете камина.
— Что, черт побери, здесь происходит?! — Глаза Ленни мечутся между нами. — Пэйдин, тебе нужно сейчас же…
— Тише, рыжик, — фыркает Блэр, не сводя с меня взгляда. Однако она прижимает его тело к стене и мысленно удерживает. — Девочки разговаривают.
— Пэйдин! — Ленни дергается, пытаясь вырваться. — Пожалуйста, ты не можешь так поступать!
— Лично я согласна, — говорит Блэр, бросая на меня скучающий взгляд. — Думаю, ты и правда не можешь.
Я бросаюсь вперед.
Мои ноги стучат по деревянному полу, уворачиваясь от десятков свечей, разбросанных по нему. С кинжалом в руке, и…
Я замираю.
Мое тело внезапно застывает.
Я яростно борюсь с силой Блэр, реву, когда ее разум усиливает хватку.
— Удивительно, — шепчет она. — Насколько ты… невероятно Обычная.
Я все еще нахожусь в ее невидимой власти.
Но впервые в жизни эти слова не звучат как свидетельство слабости.
Нет — я слышу в них голос девочки, рыдающей над телом мертвого отца. Девочки, которая выжила, несмотря ни на что. Я слышу голос толпы, скандирующей имя той, кто создала свою силу сама. Я слышу силу там, где раньше был стыд, и бесстрашие, которое больше не прячется.
Медленная улыбка расползается по моим губам. Блэр моргает, уловив это выражение, и по ее лицу пробегает тень страха.
— Конечно ты поражена, — медленно произношу я. — Потому что ты никогда не узнаешь, что такое настоящая сила. Тебе она была подарена. А моя… — я качаю головой, — моя была обретена.
Она замирает.
— Я могу раздавить твое сердце одной только силой мысли.
— Может, твоя способность и сможет, — мой взгляд становится опасным, — но ты не смогла бы.
Я наблюдаю за тем, как она делает глубокий вдох. Слова слетают с ее губ, и все равно я не верю, что она произносит их: