— Думаю, время покажет, — говорю я, надевая легкое синее платье и закидывая широкие лямки себе на плечи. Это не совсем официальный наряд из-за льняной ткани, но благодаря эффектному крою никто не заметит.
Я опускаю голову и грустно улыбаюсь, глядя в пол. Может, я и правда кое-чему научилась за эти годы. Возможно, за эти годы я действительно кое-что узнала о тканях. Я знаю, что на мне надето, только потому, что Адина научила меня красть именно ту ткань, которая ей нужна. Она заставляла меня часами сидеть в нашем Форте, запоминая ощущения от каждой ткани, пока я не научилась различать их на ощупь.
У меня перехватывает дыхание, когда Элли начинает затягивать корсет на талии. Задыхаясь, сквозь зубы цежу:
— Ты не сказала, что придется надеть корсет.
Ещ один рывок шнуровки.
— Боюсь, тебе придется привыкнуть, моя королева.
Я охаю, когда Элли наконец заканчивает пытку и подводит меня к зеркалу. Темно-синяя ткань доходит до середины голени, слегка расширяясь под тугим корсетом. Из-под квадратного выреза выглядывает подходящий по цвету фатин, едва касаясь приподнятой груди. Волосы рассыпаются по плечам, резко контрастируя с темно-синим, как полная луна в ночном небе.
Шрам всегда на виду. Поэтому я выпрямляюсь, стараясь демонстрировать его с вызовом, будто хочу, чтобы король перевернулся в могиле.
— Тебе нравится, правда? — Элли улыбается, в ее взгляде таится сладостная жестокость. — Корсет и все такое.
— Ладно, — протягиваю я. — Нравится. — Поднимаю голову и восклицаю: — Ты слышала, Ади? Мне нравится корсет. Победа за тобой.
Элли хихикает, и я позволяю себе то же. Направляюсь к двери, получаю пару темных туфель на плоской подошве, в которые с удовольствием влезаю.
— Встречу Ленни в коридоре, — бросаю через плечо. — Спасибо, Эл. Посвяти остаток вечера себе.
— Но это же твоя свадебная н…
— И завтра тебе придется сделать многое. — Я распахиваю дверь. — Отдыхай. Я настаиваю.
Успеваю заметить ее недовольный кивок, прежде чем выйти в коридор. Через пару шагов Ленни оказывается рядом.
— Добрый вечер, Принцесса. — Он морщится. — Королева. Или как мне теперь тебя называть?
— Можно попробовать по имени? — предлагаю.
— Хм. — Он делает вид, что раздумывает. — Думаю, мы пока не на таком уровне отношений.
Я пихаю его в живот локтем и наконец позволяю себе улыбнуться. Мы поворачиваем в другой коридор, и, когда я уже думаю, что избежала вопроса, он спрашивает:
— Готова к завтрашнему дню?
Та самая тревога, что весь день не отпускает, вновь сжимает сердце.
— Ни капли.
— Все будет хорошо. — Это почти успокаивает, пока он не добавляет: — Надеюсь.
— Ты так утешаешь.
— Эй, — он почти смеется. — Все будет хорошо, слышишь? Ты ведь всегда справляешься.
— Точно. — Я бросаю на него взгляд. — Как таракан.
Его рыжие кудри падают на лоб, когда он качает головой.
— Я начинаю понимать, что это все меньше и меньше походит на комплимент.
Я удивляюсь собственному слабому смеху.
— Да ну?
Мы поворачиваем за угол, и перед нами появляются большие двери тронного зала. Я глубоко вдыхаю, вновь опасаясь того, что увижу за ними. Мое намеренное избегание свадебных декораций подходит к концу.
Мы почти дошли, когда Ленни хватает меня за руку и отводит в сторону.
— Эй, я хотел тебя кое о чем спросить. — Он нервно трогает маску на лице, проводя пальцами по веснушкам, выглядывающим из-под нее.
— Что такое? — спрашиваю я с легким беспокойством.
— Ну, когда ты станешь королевой, — он указывает на двери, — а это будет очень скоро, я, э… хотел попросить кое-что для себя.
— Конечно, — быстро отвечаю. — Что угодно.
Он глубоко вздыхает.
— Освободи меня от службы. Я хотел бы освободиться от Гвардейских обязанностей. Посмотреть, что могут предложить Дор или Тандо.
Я ошеломленно моргаю.
— Что? Ты правда этого хочешь?
Он почесывает затылок.
— Думаю? Может быть?
Я касаюсь его руки, сглатываю, прежде чем сказать:
— Если ты этого хочешь. Но… — я тычу пальцем ему в лицо, — мы еще об этом поговорим. Ладно?
Облегчение на его лице почти осязаемое.
— Конечно.
Я улыбаюсь ему и поворачиваюсь к дверям. Спустя пару мгновений они распахиваются. Когда я вхожу в тронный зал, раздается голос Ленни:
— Спасибо, Пэй, — кивнув ему через плечо, я чуть ли не вваливаюсь на собственную свадьбу.
Множество нежно-розовых роз переплетаются друг с другом, образуя дорожку в центре зала. Они взбираются по возвышению, рассыпаясь ковром лепестков под ногами. Мои губы сжимаются от благоговейного трепета при виде изогнутой арки из листвы, нависающей над всем этим переплетением виноградных лоз, роз и поникших белых цветов.