— Ты добавил чернику.
— Это причинило мне сильную боль.
— Твоя смелость вдохновляет, — мурлычу я.
Его рука опускается с прекрасного лица, и он смотрит в пол.
— И эгоистична. — Ямочки обрамляют его изогнутые губы. — Я хочу что-то взамен.
Я скрещиваю руки.
— Что именно?
— «Да» в конце этого прохода сегодня.
Слова звучат быстро, но в голосе слышится сомнение, к которому я не привыкла. Мое сердце болит от скрытой тревоги, которую он носит с собой. Наконец позволив себе почувствовать кого-то, он боится, что я уйду. Передо мной стоит король, обнаженный и уязвимый, который превращается в мальчика, которого заставили поверить, что любовь — это слабость.
Я нежно забираю из его рук теплую миску и ставлю ее на пол рядом с собой. Затем его лицо оказывается в моих руках, и его лоб морщится от моего прикосновения.
— На конце клинка я бы любила тебя. Пока он не пронзил бы мое горло, я бы сказала тебе «да».
Слеза скользит по его щеке, вызывая слезу у меня. Голос Кая дрожит от эмоций, когда он шепчет:
— Ты настоящий поэт, дорогая.
Я смеюсь, и у меня перед глазами все расплывается от нахлынувших на слез.
— Меня вдохновил какой-то дурак.
Мы проводим несколько мгновений, наслаждаясь этим промежутком между настоящим и будущим, ожидающим нас у основания ивы. Мы смеемся. Притворяемся, что не плачем. Прощаемся — одно прощание из-за временной разлуки, на которой настаивает Элли, другое — в память о последних моментах перед вечностью.
Вскоре после того, как Кай покинул мои покои, и Элли последний раз привела меня в порядок, раздается второй стук в дверь. Ленни спрашивает, готова ли я. Я не колеблюсь и беру его за руку.
— Все это время я называл тебя «Принцессой»… — Рыжие волосы медленно колышутся при его покачивании головой. — Кто бы мог подумать, что ты действительно одна из них.
Я бросаю ему игривый взгляд.
— Да, очень шокирующе.
Мне было приятно поделиться правдой с ним и теми, кто мне близок. Но я храню тайну своей королевской крови близко к сердцу, скрывая ее от королевства, которое уже начало меня принимать. Я не говорю ни слова о забытой принцессе, которой я являюсь, чтобы не ставить под вопрос легитимность Кая.
Всю свою жизнь я была Обычной. И теперь я больше не чувствую нужды это менять.
— Слушай, — продолжает Ленни, не останавливаясь, — мне больше интересно, что я, возможно, действительно Экстрасенс. Как я мог знать, что надо так тебя назвать?
Я фыркаю.
— Что дальше, ты откроешь, что я на самом деле таракан?
— Очень смешно, Ваше Величество. — Он качает головой, но улыбается.
Мы выходим в цветущий сад и начинаем прогулку по извилистым дорожкам. Проходя мимо фонтана, на который я теперь смотрю с нежностью, Ленни спрашивает:
— Это свадьба, которую ты хочешь, Пэй? Правда?
Я смотрю на друга. Он отвечает улыбкой, от которой у меня краснеют щеки. Мое признание смелое, освобождающее и бросающее вызов Смерти, заставляет меня не жалеть об этом.
— Отчаянно.
Глава семьдесят пятая
Кай
Она идет ко мне, словно сон, и я не хочу просыпаться.
Ее пальцы сжимают пучок переплетающихся стеблей. Над ними красные лепестки маков переходят в розовые розы, а между ними вплетается глубокая синева изящных незабудок.
Я стою рядом с братом и сестрой у ствола огромной ивы. Меня поглощают колышущиеся ветви, я теряюсь в переплетении тонких листьев.
Здесь только я и призраки тех, кого я люблю, в ожидании Пэйдин. Она тоже входит в наше будущее одна, хотя не совсем.
Ее туфельки медленно ступают по мягкой траве. Адина крепко обнимает ее поверх простого платья; воспоминание об отце обвивает большой палец, сжимающий букет.
Время замедляется достаточно, чтобы я смог насладиться моментом, о котором всегда только мечтал.
Она — моя мечта.
Она — мой кусочек рая.
Она — моя неизбежность.
Мое самообладание начинает рушиться с каждым ее шагом. Слезы наворачиваются на глаза, но я улыбаюсь для нее. Всегда для нее.
Гром грохочет за пределами объятий ивы, но взгляд Пэйдин не отрывается от моего. И я счастлив тонуть в нем.
Капля воды падает ей на нос. Она смеется. С ветвей срывается дождь, орошая нас в преддверии бури. Влажные пряди ложатся мне на лоб. Джакс поднимает ладони к плачущему небу. Элли с любовью смотрит на свою королеву. Слезы Гейл смешиваются с дождем, и Энди кладет голову на плечо кухарке. Ленни подмигивает проходящей мимо промокшей невесте.