Глава двенадцатая
Пэйдин
Я всматриваюсь в тени, цепляющиеся за балдахин над головой.
Несмотря на удивительный комфорт постели под спиной, я не могу позволить сну овладеть мной. Мысли кружатся перед глазами, не давая закрыть их, даже когда усталость охватывает все тело.
Я не могу думать ни о чем, кроме как о своей встрече со смертью.
Мое будущее неотступно преследует мое настоящее, и оно мрачно.
Мне предстоит пережить еще ряд Испытаний.
Только на этот раз я буду встречать Смерть в одиночестве. Страх скручивает мои внутренности, заставляя сердце биться сильнее, и я не уверена, будет ли оно все еще биться после этого. Я неоднократно едва не погибала на Испытаниях Очищения. Мысль о добровольном возвращении в ожидающую меня могилу, повергает в панику.
Хуже неминуемого риска, лишь постоянное напоминание о смерти Адины. Я, возможно, и пережила последние Испытания, но мой свет — отнюдь. Моя Ади оставила меня, чтобы украсить небо. И я не знаю, как жить и как продолжать бороться, когда ее нет рядом, чтобы поддержать меня.
Лоб покрывается потом, когда меня охватывает паника. Я не могу вернуться туда. Я больше не могу терять то тепло, которое Адина вселила в меня.
Что если мне придется убивать? Снова запятнать руки кровью?
Я не знаю, на что способна без света Адины, который рассеивал мою тьму.
Эти испытания могут потребовать от меня чего угодно. Хотя вполне логично, что правила о трех «Б», по которым меня будут проверять, принадлежали королю, которого я убила. Ирония в том, что теперь они стали способом доказать, что я могу управлять королевством, которое он построил, или, скорее, перестроил.
Я переворачиваюсь на другой бок, выплевывая изо рта выбившиеся пряди волос. Крепко зажмуриваюсь, в последний раз пытаясь заснуть.
Отсчитываю десять ленивых ударов сердца и встаю с кровати.
Мой разум нуждается в отвлечении от оглушающих мыслей. И мое тело, несмотря на усталость, жаждет двигаться. Или, может быть, я устала чувствовать себя бесполезной, пойманной в ловушку жизни, которую я не знаю, как жить. Чума, я только начала учиться жить той несчастной жизнью, что у меня была, прежде чем все полетело к чертям.
И вдруг я уже иду по темному коридору, скрестив руки на тонкой ночной рубашке. Все, что я успела сделать перед тем, как выскочить из комнаты, — это надеть ботинки. Переодеться перед этой импульсивной выходкой, возможно, было бы хорошей идеей, но я уже приближаюсь к двери, которая ведет на тренировочный двор.
Охранники, стоящие там, переминаются с ноги на ногу, когда видят меня. Их маски не могут скрыть явного презрения. Они знают, что лучше не вставать у меня на пути, особенно учитывая кольцо, сверкающее у меня на пальце. Поэтому, гордо подняв голову, я прохожу мимо и толкаю дверь.
Ночь прохладнее, чем я ожидала, каждое дуновение ветра обжигает кожу на обнаженных руках. Лунный свет отражается на давно протоптанной тропинке. Идя по ней, я поднимаю взгляд к черному небу, испещренному звездами. Они, кажется, подмигивают мне в ответ и наклоняются, чтобы указать мне путь.
В поле зрения появляется первый круг на земле, окутанный тенями. Я иду по тропинке, позволяя ей вести меня через каждый тренировочный ринг. Мерцающее пламя заливает самый дальний островок земли, освещая грозную тень, острую, как меч, который он держит. Я знаю, кто стоит в этом ореоле света.
Но когда рядом с ним появляется вторая фигура, я замираю.
— …не мог уснуть. Но, похоже, ты тоже.
Китт.
Дыхание перехватило.
Я бы предпочла, чтобы мой жених не знал, что я пришла сюда, чтобы встретиться с его братом.
С этой мыслью я нагибаюсь к земле и бесшумно подкрадываюсь к рингу рядом с братьями. Тени скрывают меня, пока я не проскальзываю за стойку с оружием. Вздохнув, я заглядываю в одно из многочисленных узловатых отверстий в этой деревянной стене, прищуриваясь, чтобы разглядеть короля и его Силовика.
— Я так и думал, что найду тебя здесь, — говорит Китт. — Приятно снова оказаться с тобой на тренировочной площадке. Как в старые добрые времена.
— Если бы все было как в старые добрые времена, — размышляет Кай, — ты бы уже валялся в грязи.
Китт смеется так искренне, что я почти вздрагиваю. Словно я внезапно вернулась к тому фонтану в саду, где без стеснения плескался в воде юный принц.
— Ты все еще думаешь, что сможешь победить меня, брат? Мы не проводили спаррингов с тех пор, как ты нашел партнера получше.