Я поправляю элегантную накидку, прикрывающую плечи, убеждаясь, что она скрывает «О», вырезанную над сердцем. К счастью, Элли не задавала вопросов, когда я попросила именно эту серебристую ткань. Она завязывается под грудью, элегантно драпируясь по плечам, и закрывает изуродованную кожу, которую я хочу скрыть.
Китт кивает мне, когда я подхожу к закрытым дверям бального зала. Бесполезно отрицать, насколько он красив в костюме — черном, идеально подогнанном по фигуре и контрастирующим со светлыми волосами и золотой короной.
— Ты прекрасно выглядишь, — говорит он ровным голосом.
Я улыбаюсь, в попытке растопить лед между нами.
— Спасибо, Китт. Ты выглядишь потрясающе.
Он кивает в знак благодарности и предлагает мне руку. Я принимаю ее, чувствуя себя при этом крайне неловко. Китт тут же наклоняет подбородок в сторону Гвардейцев, стоящих рядом c нами. Те, уловив безмолвную команду, принимаются распахивать массивные двери.
Мы стоим, наши локти соприкасаются. Король смотрит на наши соединенные руки, изучая мои пальцы, обхватывающие его предплечье.
— Вижу, кольцо вернулось на нужный палец.
Дверные петли скрипят. Мое сердцебиение учащается.
Я поднимаю свободную руку, сверкая бриллиантом.
Именно на этой руке Илия хочет видеть это кольцо. На этом пальце его хотят видеть Обычные.
— Разумеется, — спокойно отвечаю. — После того как я прятала его от разбойников, я, должно быть, в бреду надела его не на тот палец.
Он с любопытством смотрит на меня, пока двери не распахиваются.
— Готова? — шепчет он.
— Ни капельки.
И вот мы выходим на нависающий балкон, с которого открывается вид на бальный зал. Китт ведет меня к перилам, и наши тела почти соприкасаются. Внизу стоит множество людей, и все они выжидательно смотрят вверх. Я не стояла на этом балконе с момента моего появления на последнем балу Испытания Очищения. Не могу сказать, что скучала по этим холодным взглядам.
— Добрый вечер! — приветствует Китт, его голос разносится по всему залу. Теперь, когда он обращен не ко мне, его тон становится теплее. — Сегодня мы празднуем успех Пэйдин Грэй в ее первом Испытании. Ей удалось то, на что мало кто осмеливался: вернуть корону Марины Эйзер в ее истинный дом. И если Пэйдин завершит все Испытания, вскоре она будет носить эту корону сама.
Я едва не вздрагиваю, когда рядом вдруг появляется слуга. Неуверенно принимаю предложенный им бокал шампанского и наблюдаю, как Китт делает то же самое.
— Тост, — провозглашает король, поднимая бокал. Придворные отвечают тем же. Он откашливается, прежде чем продолжить: — За Пэйдин Грэй и завершение ее первого Испытания.
Слова, которые я шепчу, тонут в гуле толпы, но они и не предназначены ни для чьих ушей, кроме моих собственных:
— За то, чтобы прожить достаточно долго и увидеть объединенную Илию.
Я подношу бокал к губам и делаю глоток вместе со всеми. Щекочущие и сладкие пузырьки с шипением проникают в мое горло.
Жизнь на танцполе возобновляется, пока мы спускаемся по лестнице с изумрудной обивкой, ведущей к мраморному полу. Зажигательная музыка сопровождает каждый мой шаг, а рука Китта служит якорем, удерживающим меня от падения с лестницы.
Когда мои каблуки ударяются о пол, меня мгновенно окружает рой тел. Не из-за меня, конечно, все внимание устремлено к ухмыляющемуся королю. Женщины всех возрастов стекаются к нему, щебеча Чума знает о чем и хлопая ресницами. Меня тут же оттесняют, оставляя наедине с бокалом шампанского, пока Китт развлекает свою свиту.
Раздражение быстро проступает на моем лице, опаляя щеки. Меня злит не то, что женщины стремятся понравиться моему суженому, а то, что они делают это прямо у меня перед глазами — так, словно меня тут нет. С этой мыслью я начинаю пробиваться сквозь толпу, чтобы потребовать то, что принадлежит мне. Не из ревности, а из чувства власти, которую мне явно необходимо продемонстрировать.
Я тянусь к Китту, переплетая свою руку с его.
— Пойдем танцевать. Я хочу танцевать.
Женщины тут же оседают от моих слов, а Китт удивляется не меньше них.
— Правда хочешь?
Я одариваю его лучезарной улыбкой, как будто она сможет исправить отношения, которые я собственноручно разрушила.
— Мы ведь помолвлены, да? Будет правильно, если мы станцуем для двора.
Китт задумывается на секунду, но потом решает, что у него нет выбора. В безмолвном согласии мы направляемся к танцевальной площадке. Я залпом допиваю остатки шампанского и ставлю пустой бокал на поднос стоящего рядом слуги. В животе разливается тепло от алкоголя. Когда я оборачиваюсь, чтобы улыбнуться королю, которого веду c собой, мой взгляд задерживается на знакомом отблеске фиолетового.