Из всех мест, где я могла бы представить себя, трон был последним в списке. Темница — возможно. Острие клинка — безусловно.
Потому что Обычные не правят. Они прячутся.
Серьезность моего нынешнего положения, кажется, снова обрушивается на меня, когда мы заворачиваем за очередной угол. Слуги глазеют. Гвардейцы ухмыляются. Смех застревает у меня горле. Счастье испаряется перед лицом моего будущего.
Потому что я — само воплощение слабости. Я — та, кого ненавидит вся Илия.
И, если меня вознесут на пьедестал, даже ради спасения их королевства, они с радостью столкнут меня с него.
Элли резко останавливается перед дверью, и я чуть не натыкаюсь на ручку метлы, которую она держит. Заставив себя вернуться в настоящее, я следую за ней внутрь безупречно чистой комнаты.
Двух шагов хватает, чтобы понять — это явно не та спальня, в которой я жила во время Испытаний. Нет, передо мной воплощение роскоши, о которой я только мечтала.
Мои ноги тонут в пушистом ковре, а глаза широко раскрыты, пока я осматриваю самую большую спальню, которую когда-либо видела. Изящная лепнина взбирается по дальней стене, обрамляя арочные окна. Теплый свет струится сквозь них, солнце растягивается по зеленому ковру, будто желая дотронуться до меня.
Кровать занимает большую часть стены справа от меня. На цветочное стеганое одеяло на кровати падает тень от балдахина, висящего над ней. Письменный стол, туалетный столик, шкаф и ковер — все это украшает пространство, каждый предмет нежно-белого цвета и, она намного больше, чем я могла себе представить.
Мой взгляд медленно возвращается к Элли.
— Что это за комната, и почему я ее пачкаю?
Она сжимает губы в тонкую линию:
— Это покои королевы, конечно. Ну, новые. В прежних покоях до сих пор живут воспоминания о ее покойном величестве, королеве Айрис. — Ее слова заставляют мой желудок сжаться, а кожу побледнеть. — Здесь теперь будешь жить ты. Надеюсь, все устраивает?
— Устраи… — Я глубоко вдыхаю, прежде чем договорить. — Элли, прошло недостаточно времени, чтобы ты забыла, что я считаю все в этом замке намного выше моих обычных стандартов.
Улыбка, которую она мне дарит, куда хитрее, чем я ожидала от нее:
— Да, я прекрасно помню, как ты рассказывала, что буквально вылезла из кучи мусора в день нашего знакомства.
Проглотив внезапную горечь от ее слов, я все же выдавливаю слабую улыбку.
У меня щемит сердце при мысли о нашем Форте. Об убежище, которое мы с Адиной нашли в трущобах. От мысли, что я сравнила его с мусором, мне становится не по себе. Хотя невооруженным глазом, я уверена, именно так оно и виделось — и именно поэтому оставалось нетронутым столько лет.
Теперь оно, вероятно, пустует. Холодное без ее тепла и тусклое без ее света.
Солнце, песок и ее окровавленное, изломанное тело у меня на коленях внезапно предстают перед моими глазами. Я отмахиваюсь от воспоминаний, заставляя себя забыть звук ее предсмертного хриплого дыхания или топот кровожадных Илийцев, окружающих нас в Чаше.
— Пэйдин?
— Хм? — Я поднимаю голову и вижу, что Элли смотрит на меня с беспокойством. Я даже не осознавала, что смотрела в пол. — Прости, да, все более чем устраивает.
Прокашлявшись, я захожу глубже в комнату. Проигнорировав, как я уверена, столь же изысканную ванную комнату слева от меня, я нахожу нечто гораздо более привлекательное.
Я оказываюсь перед балконом спустя несколько секунд. Бросив Элли легкую улыбку через плечо, распахиваю стеклянные двери и выхожу на широкую каменную террасу.
Свежий воздух гладит мои волосы, пока я любуюсь красотой, раскинувшейся подо мной. От садов с этой высоты захватывает дух. Ряды цветов вьются вокруг круглых мощеных дорожек, цвета смешиваются на каждом повороте. Фонтан, в котором я хорошенько облила Китта, находится в центре всего этого…
Китт.
Во время Испытаний он был для меня просто Киттом. А еще принцем и внешне точной копией своего отца. Но так же и другом. Другом, которого я предала. И тем, кто как я думала, наверняка убьет меня за это и за многое другое.
Но теперь он стал кем-то большим. Сначала другом, потом врагом, а теперь моим будущим.
Я вздрагиваю от этой мысли и от всех последствий. Развернувшись на каблуках, я возвращаюсь в свои королевские покои и нахожу Элли, терпеливо ожидающую моего возвращения.
Закрыв двери балкона, я опираюсь на них с показной небрежностью, которую совсем не чувствую и не чувствовала уже очень давно.