Чуть склонив голову в знак приветствия, садится в машину.
Уезжает.
А я укладываю Нико спать, принимаю душ и устраиваюсь в постели. Смотрю старую комедию, потом новости. Потом какой-то сериал и под него дремлю. В мыслях все раскладывается по полочкам, я успокаиваюсь. Доменико проигнорировал мой вопрос о няне, но завтра спрошу снова. Поставлю вопрос ребром и напомню о предупреждении психолога. Малышу нельзя ко мне привыкать. Мне пора уехать. А как только вырвусь из орбиты Доменико, моя тяга к нему притупится.
26
Просыпаюсь от необъяснимого тревожного чувства. Меня что-то разбудило, но со сна затрудняюсь понять, что.
В тусклом свете ночника везде пугающие тени.
В первую очередь проверяю малыша, но он спит. Посапывает. Обычно ночью не просыпается или всего разок, ближе к утру. Золотой ребенок.
Мне почудилось или кто-то постучался?
Опасливо открываю дверь. В коридоре никого. Оборачиваюсь и еле успеваю заглотить крик.
За балконной дверью стоит Доменико. Сбоку на него падает свет, исходящий из его спальни. Что он делает на моем балконе?!
Открываю балконную дверь и задыхаюсь от ледяного воздуха. Доменико заходит в комнату, от его тела пышет жаром. Непроизвольно втягиваю воздух и ощущаю запах геля для душа. Он снова смывал чью-то кровь? Подавляю эту мысль.
Мы смотрим друг на друга. Между нами капля света и океан недосказанности.
Я ловлю себя на мысли, что этот мужчина способен вырвать все мои лучшие намерения с корнем.
- Что случилось? – Мой голос подрагивает. Увы, совсем не от страха. Дрожь возбуждения пробегается по моим плечам. Доменико настолько мужчина, что я не могу подавить свою реакцию. Никак. Попадая в его орбиту, не могу совладать с собой.
Во мне нарастает острое, сильное чувство, всепоглощающее как ужас.
Я не могу допустить потери контроля. Не сейчас. Не с ним.
Однако маленький предательский голос на задворках разума шепчет, что именно с ним мне будет так хорошо, как ни с кем другим. Он не знает, кто я такая, и подарит мне запоминающийся первый раз. Это будет символом моей свободы - отдаться мужчине до брака. Лечь в постель не ради наследников, а ради удовольствия.
- Ты не пришла в мою комнату. - По его лицу не скажешь, разочарован он или просто констатирует факт. Или надсмехается надо мной.
Вчера он отчитал меня за то, что я к нему пристаю, а сегодня наоборот.
- Ты меня ждал?
Кажется, я вижу еле заметный кивок. Движение всего в полсантиметра.
- Поэтому ты решил прийти ко мне? По балконам, как я в первый раз?
Я должна очень постараться, чтобы не увидеть в его действиях ничего романтичного.
Ведомая инстинктами и спящим здравым смыслом, протягиваю руку ладонью вверх. Словно предлагаю себя, открываюсь для Доменико.
- У тебя еще есть виски? – спрашиваю тихо.
Он опускает взгляд на мою руку, потом медленно протягивает свою и касается моих пальцев. Между нами словно бежит электрический ток.
Сжав мои пальцы, он рывком притягивает меня к себе.
В жаркой темноте мы дышим друг другом. Все чаще, все неровней.
Он ведет меня в свою комнату.
Как обычно, я оставляю дверь открытой, чтобы услышать, если малыш проснется. В этом крыле больше никто не живет. Я думаю об этом, следуя за Доменико в его спальню.
Мы здесь одни.
27
В коридоре полутьма, только ночники бросают полукруги желтоватого света на ковер. Вроде тепло, но меня знобит от волнения. От тяги к почти незнакомому мужчине. Нервные окончания звенят, перед глазами звездочки.
Доменико останавливается, не дойдя до спальни. Сжимает зубы, на щеках играют желваки. Прерывисто дышит.
Заглядываю ему в лицо, не понимая, что происходит.
Он переводит на меня тяжелый взгляд…
А потом внезапно прижимает спиной к стене.
Его горячая ладонь распластана на моей груди, почти на горле, удерживает, контролирует каждое движение, каждый вздох. Он смотрит на меня с огнем в глазах.
Впервые я вижу на его лице эмоцию, и это гнев.
Он протягивает руку и замирает. Что-то решает для себя.
Бросаю взгляд на его пальцы, на рисунок вен на тыльной стороне ладони. Представляю, как его руки будут ощущаться на моем теле.
Я никогда не была с мужчиной, поэтому не знаю, откуда во мне берутся грешные, тягучие мысли. Откуда я знаю, что мне понравятся руки Доменико на моем теле. Наверное, это женское чутье, которое мы впитываем с молоком матери.