«Еееее, так и крышу сорвать может от такой раскрепощенности».
– Ну, пошли. – кивнула головой в сторону дома. – Я у бабки вон комнату в доме сняла, приехала ваши поля перемерять, новые участки разбиваю. Слава Богу, немного осталось. Через пару дней уеду.
«Да, я слышал, что совхоз межевания проводит, но в подробности не вдавался. Своих дел хватает, чего ж тут про чужие заботы думать... А тут вон какой работник, глаз от фигуры не оторвать. – Степан откровенно любовался видом сзади. – А Настя постоянно в платьях бесформенных ходит. Хоть и фигурка у нее что надо, а платья уродуют, скрывают то, на что приятно посмотреть».
– Тут со скуки готова на стену лезть! – Каролина шла впереди, призывно покачивая бедрами.
«И бабы наши все поголовно, как будто у одной портнихи шьют. – кивал Степан головой, соглашаясь, будто она могла видеть. – А тут брючки, как вторая кожа, а блузка и вовсе прозрачная».
– Прошу! – Каролина сделала широкий приглашающий жест и толкнула дверь ногой. – У меня вход отдельный, потому хозяйка не побеспокоит.
Комната, которую снимала девушка, мало отличалась от любой комнаты в немногочисленных домах деревни. Старый громоздкий комод, железная кровать с блестящими шарами, ходики на стене. И везде плетеные из лоскутков коврики на полу.
Старенький на четырех высоких ножках, видимо не работающий телевизор, прикрыт узорчатой салфеткой. Его Каролина использовала по своему разуменью. Столько баночек, скляночек, пузырьков всевозможных форм Степан в жизни не видел. А уж их содержимое и представить не мог.
Стульев не было, потому уселись прямо на кровать, придвинув большущий чемодан на колесиках. В качестве импровизированного столика он вполне годился.
– Не против? – Каролина достала из – под кровати пузатую темную бутылку. – Правда, бокалов нет. Но есть кружки, да и те алюминиевые.
Настоящий коньяк «Наполеон» Степан видел впервые. Но ему было все равно, что пить. Были бы градусы. В местный магазин если и завозили спиртное, то только водку. А так все мужчины в деревне пили исключительно самогон или, как его окрестили, «Самогнали».
– Гусар всегда готов выпить.
– Ну, мало ли! – смогла пошутить Каролина. – Может, ты самогон предпочитаешь.
– Мы пьем все, что горит. – не остался в долгу, смог придумать достойный ответ. – Все равно не разбираюсь. – развел руками, признавая свою дремучесть. – Не вижу разницы.
Они сидели недолго, выпивали, а потом Каролина включила магнитофон. Зазвучала музыка и Каролина прижалась к Степану. От ее тела исходил такой жар, такое животное желание, что по телу Степана пробежала дрожь. Он облизал разом пересохшие губы и сделал глоток прямо из горлышка, не наливая в кружку.
– Потанцуем?
– Легко. И непринужденно.
Степан обхватил ее за талию и медленно повел в танце. Танцор из него был еще тот, конечно, но смог ни разу не наступить на ногу. Приблизив лицо, вдыхал нежный аромат духов, пьянея от близости роскошного тела…
На кровать Степана Каролина толкнула сама. Та лишь жалобно скрипнула пружинами под весом двух тел. Но кто в данной ситуации обращает внимания на такие мелочи. Степан еще подумал мимоходом, а не услышит ли бабка непристойные звуки? Потом вспомнил, что та плохо слышит и целиком отдался волной накатывающемуся возбуждению. Или инстинкту. Основному.
Проснулся Степан поздно. За окном было уже светло.
– И как это я петухов не услышал?! – взъерошил волосы. – Да, умотала наездница! Горячая штучка! И выдумщица еще та!
Перед мысленным взором пронеслись картинки бурной ночи.
– Е мое! – вскочив с постели, зашарил рукой по полу в поисках одежды.
– Ты уже уходишь? – сонным голосом спросила Каролина, приподнявшись на локте.
Даже будучи немного помятoй, она выглядела просто восхитительно. А голос заставил Степана замереть на одной ноге. Он как раз пытался натянуть брюки. Тряхнул головой, прогоняя желание вновь прыгнуть в постель, решительно сунул и вторую ногу.
– Ну да, мне же на работу.
Девушка не ответив, махнула рукой и вновь уронила голову на подушку.
А Степан домой бежал огородами. Благополучно избежал встречи с Василием – деревенским пастухом. Тот, позевывая, гнал стадо на выпас.
«Только бы успеть, только бы успеть! – Степан никогда так не бегал, даже в армии. – Бабы уже встают коров доить. Хотя, чего мне бояться? Я пока ещё не женат».
Метров за пятьдесят от дома, перешел на шаг, прикурил сигарету и неспешно продолжил путь.
Захлопнув за собой дверь, перевел дух и вытер пот со лба. Не желая встречаться ни с отцом, ни матерью, тихо пробрался в свою комнату и повалился на постель. Долго ворочался, взбивал подушку, принимая позу поудобнее. Перед глазами постоянно стояли картины бурной ночи, обнаженная Каролина, ее откровенная похоть и желание получить наслаждение по максимуму.