—Мелис. («Чёрт!»)
— Б-бармен... Ээ, налей че-то дамам! — Сергеич говорил слишком громко, привлекал слишком много внимания и вообще его стало слишком много в жизни Мелис в первые же минуты знакомства. — Я тут пьян почему вообще?...
Он сделал паузу, но ответа не дождался.
Ева одарила его тем взглядом, который на женском языке означал «Господи!», Мелис украдкой оглядывалась в поисках путей отступления, а мопс спрятался под стойкой в попытках найти подходящее место для вечернего сна.
— А всё... Ээ... От женщин это всё!... Д-дьявол он в этих, женщинах именно... Понимаете? Не в мелочах... Или всяких других вещах. Че там еще говорят...
Спустя три шота текилы Вованчик не замолчал. Спустя шесть тоже... Пустых рюмок на барной стойке становилось всё больше, а он говорил. Вованчик Сергеич был тем самым, ненавистным всем попутчиком, который говорил больше, чем может выдержать человек и пил больше, чем может вместить.
— Ии... Только вдуу... Подуу... Ну вы подумайте!... Она в меня... В моей квартире... Ээ. Спит с кем-то... На моей, блин, на моей, подушке...
— Крис, как тебе сюда занесло? — в долгий монолог Вовы ворвался новый голос, вкрадчивый и бархатистый.
У стойки появился молодой человек, рядом с Мелис. Он был слишком молод для этой вечеринки, этого бара, и, казалось, даже для алкоголя. Темноволосый, сероглазый юноша смотрел прямо на Мелис и повторял:
— Крис!
На долю секунды Мелис показалось, что это Алекс: похожая кожаная куртка, цепи на джинсах, красивые пальцы...
— Кас, а ты не слишком молод для таких баров? — Мелис подыграла своему спасителю, ведь другого выбора вырваться из плена Вовы всё равно не было, а он еще может спасти этот вечер...
— Покурим? Здесь душно. — так называемый «Кас» подмигнул.
— Да, с удовольствием. — так называемая «Крис» сочувственно кивнула Еве и ретерировалась.
Покурить было бы кстати.
Глава 4. Французский поцелуй
«Кас» и «Крис» остановились на небольшой площадке возле входа в бар, место было отведено курящим. Темнота скрывала их от посторонних глаз, лишь сигареты светились тусклым оранжевым светом. Ещё час назад Мелис бы ощутила приятное волнение встречи с обаятельным юным незнакомцем, но теперь, благодаря назойливому толстяку, не было ничего, кроме радости освобождения.
— Невероятно, правда? — юноша подмигнул Мелис. Было не совсем понятно, о чем он, но болело у девушки только одно:
— Невероятно! Невероятно то, что Ева не послала этого Вовчика далеко-далеко ещё час назад...
— А что насчет неба? — он усмехнулся.
Мелис посмотрела на парня (в какой-то степени с недоумением), он смотрел на небо.
— А небо... — Мелис замялась. — Очень мило?
— В самом деле! — юноша засмеялся и посмотрел на Мелис своими серыми глазами, в которых было трудно разглядеть зрачки. У неё вдруг перехватило дыхание.
— Кстати, меня зовут Денис и я действительно слишком молод для этого бара. — он поцеловал руку Мелис и на долю секунды удержал её в своих руках.
— А меня Мелис и я должна поблагодарить вас за спасение.
— Вы здесь что-то забыли?
— Где?
— В этом пропитом баре. Иначе ваше присутствие можно объяснить только чудом.
Мелис грустно засмеялась.
— Всë придумала Ева, та блондинка... А мне уж очень нужно было выбраться, и особенно выпить...
— Насколько я могу судить, вы не достаточно пьяны.
— Не достаточно для чего?
— Для того, чтобы забыть свою печаль.
Его серые глаза не отпускали её. Мелис знала его несколько минут, но глаза... Между ними установилась магическая связь. Подсветка вывески бара, на которой был изображён кабан, вспыхнула.
Денис коснулся шеи Мелис грубоватыми пальцами и притянул к себе. Его губы были так близко к её губам... Еще одно движение... На секунду они замерли, ощущая дыхание друг друга, всем телом отдаваясь этому неглубокому, но пронизывающему чувству.
Губы юноши захватили верхнюю губу Мелис, потом нижнюю... Её пальцы потерялись в его волосах. Она ощутила его настойчивый язык у себя во рту, он коснулся неба, прошёлся по ряду нижних зубов... Здесь она ощутила что-то ещё, что-то инородное у себя во рту. От неожиданности Мелис проглотила ЭТО и сразу же отстранилась от юноши. Первое, что пришло ей в голову — выпала пломба, но, когда она посмотрела в глаза Дениса, все поняла. Это была вовсе не пломба. А в его глазах действительно нельзя было разглядеть зрачков.
— Что за черт?!
— Без паники, детка, тебе это нужно.— он усмехнулся и снова потянулся к её губам, но всё его магическое обаяние уже рассеялось и Мелис отшатнулась. Много чего случалось с ней в большом ночном городе, но подобное — впервые.
— Боже, что это?! Что ты мне дал?!
— Таблетку от всякой печали.
Теперь загадочность юноша выводила Мелис из себя. Она схватила его за ворот кожаной куртки и встряхнула (насколько это было возможно).
— Название! Долбаный торчок!
— Это просто ме-фе-дрон.
— Твою мать!
Теперь Мелис точно знала, что у нее есть 10-20 минут, чтобы найти Еву, смыться из бара и провести 2 часа, шатаясь между оргазмом и смертью. В ночном городе каждый хоть раз пробовал наркотики и Мелис была не исключением. Она никогда не была человеком, склонным к экспериментам (за это в их паре отвечала Ева). Однако, поддавшись влиянию моды, однажды Мелис попробовала ЛСД. Она, конечно, была осведомлена об опасности наркотиков, но сильное желание принять участие в этом «развлечении» перевесило осмотрительность и рассудительность. Тогда Мелис ощутила нечто совершенно ужасное. Ее слабый организм отреагировал тошнотой, головокружением, слабостью (в этом не было ничего приятного). Она чувствовала себя потерянной. Этот опыт навсегда вычеркнул наркотики из жизни Мелис, но Денис распорядился иначе...
Мелис решила расправиться с торчком-романтиком позже, когда опасность оказаться обдолбанной под куполом ночного города в одиночестве отойдет на второй план. Она со злостью оттолкнула Дениса и вернулась в бар, но Евы за стойкой не оказалось.