Глава 7. А вот и он!
Еву пронизывала головная боль, и она нервно переминалась на мягком кожаном кресле кофейни. Темные очки и наушники, чужие голоса и приглушенный звук музыки, все это было ей сейчас необходимо. Она пыталась скрыть от мира свою боль и особенно свой стыд.
Ева корчилась, её тошнило, но не от выпитого алкоголя, а от воспоминаний о прошлой ночи. Как она могла позволить себе такое? Где было ее самообладание и силы воли? Слезы хлынули из её глаз. Она так редко плакала, что уже забыла их вкус.
Муж, Макар, настойчиво звонил ей всю ночь, но Ева вначале не видела, а позже игнорировала его звонки. Она не могла найти в себе силы ответить даже сейчас. Каждый звонок заглушался безразличием и разочарованием. Те же чувства она испытывала, когда Вовчик пытался связаться с ней (конечно, примешивалось еще и отвращение, что удивительно, к самой себе). Ева тонула в океане собственного бессилия. Ей не хотелось домой, ей не хотелось видеть Макара, не хотелось пить кофе... Ева понимала, что всё это ее собственная вина, что ее решение стало причиной этой пучины неприятностей.
Что же ей делать теперь?
Мелис подошла к Еве, запыхавшись. На ней тоже были темные очки.
— Ева, как ты себя чувствуешь? — спросила она, подзывая официанта. — Ореховый мокко, пожалуйста.
Ева подняла глаза и улыбнулась ей слабо.
— Плохо, Мелис. Очень плохо. —прозвучал сдавленный шепот. Это было так не похоже на Еву, что Мелис немного растерялась. Она неожидала увидеть подругу в таком состоянии после легкого телефонного разговора.
— Ева... Толстяк это не конец жизни... Мелис неуверенно улыбнулась, попыталась пошутить, хоть и понимала, что дело вовсе не в весе любовника.
— Макару я так и скажу. — Ева горько усмехнулась и посмотрела на Бесенка. Он лежал у нее в ногах и напоминал о медовом месяце, о любви.
— Всё уже произошло, Ева, нам ничего не изменить.
— Оттого мне дерьмово. — ком снова застрял в горле. — Чёрт, я не могу вернуться домой, поцеловать Макара и сделать вид, что ничего не было. Я чувствую запах этого соуса на губах, мне кажется и Макар почувствует... Все разрушено.
Мелис молчала. Она никогда не видела Еву такой разбитой и не могла найти слов утешения. Да хоть каких-нибудь слов.
— Что же делать?
— Я не смогу молчать об этом, но и сказать ему не смогу...
— Но нельзя же просто исчезнуть.
— Уверена?
— Уверена. — неожиданно строго ответила Мелис. Она вспомнила Алекса и сердце её сново заболело.
В кофейню вошел обаятельный мужчина. Высокий и подтянутый, он сразу привлек внимание посетителей. Его волосы, цвета темного шоколада, уложены аккуратно, подчеркивают острые черты лица. Глубокие синие глаза нервно пробежались по заведению.
Мелис, сидящая лицом к дверям кофейни, сразу заметила его. Она задержала дыхание и с трудом сдержала ругательство. Было очевидно, что никуда бежать от этой встречи не представлялось возможным – кофейня, наполненная народом, была слишком маленькая. Он шел прямо к их столику, и свирепая ярость в миг омрачила его блистатльную внешность. Время замерло. Воздух наполнился электричеством.