– Ты ревнуешь, – я слишком доволен тем, что у меня получилось сделать так, чтобы тот эпизод остался в её памяти.
–
Нет, это было грустное зрелище. А ваши ужимки были похожи на хорошо спланированный спектакль, – я поворачиваюсь к ней и быстро чмокаю в губы. – Что за дела? Сначала её потом меня? – мне нравиться, что она орёт на меня посреди улицы.
–
Сначала он, потом я? – ухмыляюсь и кричу ей в ответ.
–
Это Терренс меня поцеловал, я тебе говорила уже. – она отталкивает меня, но я не позволю ей отойти даже на шаг, обнимаю за плечи и прижимаю к себе. – Ты придурок. – я снова наклоняюсь и целую в губы. – Хантер!
Мне так нравится, как она смущается. На лице появляется этот удивлённый взгляд с расширенными зрачками. Губы мгновенно краснеют от возбуждения, она моя сила и в то же время слабость. Ещё вчера, да что там, пару уроков назад я готов был её убить. Но потом сработал принцип притяжения, и я прилип к ней, теперь не знаю, что разлучит нас? Смерть…
Мы переходим дорогу, и она резко тормозит напротив огромной витрины кафе-мороженого.
– Зайдём? – предлагаю Уиллоу, ведь я знаю её особое отношение к мороженому. – Фисташковое? – её скулы краснеют. – Не думала же ты, что я оставлю тебя в покое? Я хотел тебя ненавидеть, но не выходит.
–
Я не… – бескомпромиссно тяну её за закрытые двери.
–
Терренс накормил вишнёвым, а у тебя на него жуткая изжога, – её глаза округляются, и она приоткрывает от шока рот. – Я помню все, – оставляю её обдумывать мои слова привыкать к ситуации, за круглым белым столиком, а сам отправляюсь в очередь.
Делаю заказ – мороженое в два бумажных стаканчика, из холодильника достаю пару баночек нашей любимой Coca-Cola BlāK и оплачиваю заказ. Водружаю все на разнос и ставлю перед Уиллоу.
– Откуда ты знаешь, что Терренс приносил мне мороженное? Разве ты не остался с Хейли? – палочкой собирает с краёв фисташковую вкуснятину и отправляет к себе в рот, я жду, когда она по привычке закроет глаза и глубоко вздохнёт. Пара секунд, и я снова буквально трепещу от её поведения. – Что? Почему ты так смотришь?
– Как будто ничего не было. Вспышка, мгновение, и вот ты сидишь рядом, – открываю банку с колой и опрокидываю в себя, кофейный насыщенный вкус как двойной заряд энергии. – Я люблю все те моменты, и то, как ты ешь, напоминает о самом приятном.
Она смущённо опускает взгляд на стаканчик и начинает ковыряться в гуще, набирает достаточно мороженого и съедает.
– Какая разница, как я узнал, важнее, что ты ела, то, что тебе не нравится и даже не поморщилась. Меня это заставило немного понервничать.
– Ну, ты любишь создавать для себя проблемы из ничего, – она пожимает своими плечиками и спокойно продолжает есть.
– Значит, выпускной с Ван Кампом? – Уиллоу давится. – Это вопрос.
Открывает напиток в банке и отпивает, пузырьки щипают её губы, и она их облизывает.
– Значит, ты и Хейли? – отрешённо смотрит в окно. – Вообще, это не моё дело. Мне и без этого есть над чем работать. Ты странный, ещё вчера ты не знал, как мне насолить, теперь ты сидишь здесь весь такой внимательный.
Убираю в сторону стаканчик, вытираю салфеткой рот и откидываюсь на стуле. Мои ноги задевают её, не даю ей возможности поджать их под себя, обхватываю своими.
– Помнишь, как ты чуть не свалилась, когда я, таким образом, наклонил твой стул с тобой вместе? Проверим балансировку? – она взвизгивает, удерживаю её зависшей на одной ножке стула. – Так ты идёшь с Ван Кампом?
– Ты притирочный! – она смеётся, цепляется обеими руками за мои ноги. – Нет, нет, нет, – стул со скрипом приземляется на плитку, она отдёргивает немного задравшуюся юбку. – Он предложил, я отказала. Тебе-то какое дело до этого?
– Потому что ты пойдёшь со мной. И я не хотел бы разбираться с идиотом, который доносит директору, – она закатывает глаза и качает головой. – Да прекращай кривляться, я был не прав. Сначала меня взбесило то, что ты вернулась. Я вёл себя по-идиотски, чтобы привлечь твоё внимание. Хейли моя подружка, – она снова морщится. – Подруга. Все спланировано, чтобы ты обратила на меня внимание.
– То есть, то, что ты вёл себя со мной, как свинья, и теперь признаешь это, обязывает идти с тобой на выпускной? Я не знаю, зачем вообще воскрешать души наших призраков? И кстати я ожидала, что ты снова начнёшь выскакивать из-за угла, пугать меня или делать пакости. В этом ты хорош. Не знаю, меня это бесит или пугает… Спасибо за угощение, но мне пора домой, – она встаёт из-за стола, мгновение мешкает, взять ли свой любимый напиток. Наконец, решается и забирает его с собой, когда я встаю, она кладёт свою ладонь около моей. – Не надо провожать. Я рада, что мы больше не враждуем, надоело оттирать волосы от краски.