Уиллоу забирает свой рюкзак с соседнего стула, перекидывает волосы через плечо и двигается к выходу. Меня задевает её отношение, но я ведь уже пообещал себе вернуть её. Когда? Да только что! Мне нравится сидеть с ней рядом, прикасаться к ней, просто разговаривать и знать, что все наладилось. Я нашёл свою бухту, где могу пришвартовать корабль. Стучу деревянной плоской ложкой по столу, смотрю на наручные часы. Ещё пару минут и можно выдвинуться за ней, украдкой преследовать её, затерявшись среди людей. Выхожу из кафе и выглядываю Уиллоу в толпе. Её светлая макушка мелькает среди прохожих. Опустив голову, она вышагивает по центральной улице, кажется, её не интересуют витрины с модными вещами, сувениры, со светящимися огнями в лавках, прохожие, которых она старается сторониться. Раньше она была другой: веселье сочилось из неё, лучами восходящего солнца заглядывало в каждое окно. Она была беззаботной и весёлой, неужели все это сделал с ней я? Останавливаюсь, чтобы трезво оценить то, что я могу сейчас сделать. Добить её? Снова устроить манифест протеста, с выдумкой типа спички? Напоить её? Или отступить?
Мимо проходит толпа парней, они задевают меня своими массивными спортивными сумками, отрезвляя. Я же ещё не извинился?!
Уиллоу уже пропала из вида, поэтому я срываюсь на бег, обгоняю людей. Лестницы подземного перехода мелькают перед глазами, стараюсь не толкаться в плотном потоке. Я ведь не могу оставить все, как есть, признаться в том, что я был не прав. Естественно, вёл себя не достойным образом по отношению к ней. Объяснить, в конце концов, что мы не поняли друг друга. Я бесстыжий и не достоин её, но это не меняет того факта, что я не могу без неё. Она мой эфир, светящаяся от счастья, девочка, сводящая с ума. И оставить все сейчас, бросить, ещё не достигнув желаемого. Ещё полчаса назад я был счастлив как никогда, а теперь это гребаная пустота. Со всех ног я несусь, чтобы поймать её до того момента, пока она войдёт в свой дом, куда мне путь закрыт. Я помню взгляд её отца, он меня ненавидит. И у него есть на то причины.
Вижу, как Уиллоу останавливается, наклоняет голову на бок, потом половину корпуса. Бросает рюкзак около маленького забора, быстро направляется в высокий кустарник, который едва закрывает человека, стоящего ко мне спиной. Его наклоняет из стороны в сторону, как во время шторма. Затем кусты шевелятся, и человек, видимо, падает. Панический голос Уиллоу, теперь я уже слышу, как она кричит на парня, к которому она побежала.
Я перепрыгиваю их забор и вижу, как большие ладони моего брата обнимают спину Уиллоу, которая лежит на нем сверху. Девушка выкручивается и бьёт его по лицу. Терренс лапает её, задирает юбку, прикасается к попке, сжимает её. Я сейчас просто размажу его голову об асфальт.
– Что ты, мать твою, делаешь? – орёт она. – Отпусти!
– Я ошибся девчонкой, извини, – пьяно отвечает тот, я бью ему по бедру прямо по сухожилию, девчонка подпрыгивает на нем, и он сразу её отпускает.
– Вот блин, – возмущается он, – мог бы остыть. Я просто перепутал. Но задница, что надо.
Уиллоу поправляет юбку, встаёт и пинает моего брата по тому же месту, куда я его ударил.
– Придурок, я думала, что тебе плохо! Побежала помогать. А ты пьяный! – она замахивается над ним, но я обхватываю её со спины. – Пусти, он оскорбил меня прямо на моей лужайке.
– Ты не кричи, иначе все соседи будут в курсе событий, – пинаю его по стопе. Терренс даже не двигается, громкий храп говорит о том, что он отключился. – Посмотри, он никакой.
– Как же вы меня оба достали! – Уиллоу отталкивает меня, идёт за своим рюкзаком, затем направляется в дом.
Она просто оставила нас вдвоём, я присел перед братом на корточки. Терренс выглядит дерьмово, хотя бы потому, что он не часто нажирается до такого состояния, к тому же, от него воняет, как от помойки. Он чешет свою грудь, затем переворачивается на бок, подкладывает ладони под щеку, удобно устроившись.
– Ладно, чемпион, вставай. Пошли домой, – он реально тяжёлый парень, поднять его расслабленного все равно, что объёмное бревно. – Сколько же ты, засранец, нажевал в себя, что такой недвижимый?
Моё обдувание и пыхтение, помогает только в том, чтобы приподнять его туловище и расположить в сидящее положение. Подпираю его ногой, вытаскиваю телефон и набираю Чейза. Длинные гудки, меня перекидывает на голосовую почту, пишу ему сообщение, чтобы, как только прочитает, встретил нас. Значит, у него ещё не закончились уроки. Вытираю пот со лба, засовываю руки Терренсу под мышки и снова пытаюсь поднять. Он упирается пятками в траву, полностью расслабляется и виснет колбаской на моих локтях.