Выдернуть парней из дома все равно, что подставить их маму. В общем, все как-то сразу навалилось, и теперь я разрываюсь между тем, что я обязана сделать, и что именно поставить на первое место для решения проблем. На очередной странице список районов, где есть доступное жилье для съёма. Все либо слишком дорого, либо излишне ужасно. Поэтому захожу в колонку работы, булочник, уборщица, продавец-кассир, консультант в видео салон… Заработная плата не очень высокая, так как для школьников не полный рабочий день, но уже что-то. Обвожу кругом ещё одно объявление, убираю варианты типа грузчика или доставщика. Когда Хантер устанет таскать тяжёлые предметы, вполне может пойти консультантом в магазин сотовых телефонов.
Проклятые тучи, гонимые ветром, принесли с собой моросящий противный дождь, и мне ничего не остаётся, как вернуться в школу, пишу сообщение в общем чате, что я пошла в столовую. Они все не в сети, прочтут, когда смогут. Можно и позвонить, но отрывать от дел я не привыкла. Отец всегда учил, что бывают моменты, когда желательно унять свою нервозность, взять себя в руки и просто переждать. На улице холодновато для ожидания, удерживаю равновесие на скользком обледеневшем асфальте, мелкими шагами иду в столовую. Ученики, несмотря на погодные условия, стоят на улице в школьной форме, парни в бомберах с красными носами, но пытаются произвести впечатление, что им все равно. Идиоты. Газету треплет ветром, надрывает страницы, сворачиваю её в трубку. Тяжёлая дверь столовой не хочет поддаваться, плюс ещё и ноги разъезжаются, резко дёргаю её на себя и, наконец, открываю. Не зря Леони просила одеться теплее и захватить перчатки. Но когда я слушала старших? Теперь онемевшие пальцы и ледяная пятая точка ищут место, где могут согреться. Так как нельзя подходить к стойке с едой в одежде, некоторое время отогреваюсь около батареи, ничего не снимая. Как воробушек, съёжившись, прячу нос в широкий шарф. Мимо огромных окон проходят ученики, парни заигрывают с девушками, и единственное, что омрачает этот вид, зелёное пальто Джеки.
– Иди мимо, – шепчу я, – дуй отсюда.
Но, конечно, фортуна не на моей стороне, громкая компания вваливается в столовую, принося новый виток холода, сжимаю в руке длинную трубку газеты, так, будто она станет моим спасением от этой бестолковой дуры. Ученики проходят мимо меня, кажется, никто не заметил нечто в безразмерном пуховике и широкой шапке вязки сотами. Они толпятся, как стадо, около стойки, набирают полные тарелки столовской еды и громко судачат о новой жертве. Не вижу ни одного футболиста в их компании. Мне кажется, что спорт наделяет людей какими-то особыми качествами, им некогда заниматься играми с мясом, гадить на всех углах. Только, видимо, не всем, оглядываюсь на дверь. Колокольчик на двери издаёт звон, сообщает о прибытии главного тупицы школы. Вот кому футбол выбил все мозги, он рассматривает толпу, мельком бросает взгляд на меня, проходя мимо. Кладу телефон перед собой, чтобы, если что, быстро принять вызов.
– Эй, Джеки, не её ли мы искали? Охрана занята, наша принцесса осталась совсем одна, – Ван Камп кладёт свою руку на стол, опирается локтями, наклонившись, выставив при этом свой зад.
– Иди куда шёл со своей подружкой, отстань от меня, – мой голос даже не дрогнул.
– Да ладно, ты оперилась, воспаряла духом и решила, что можешь открывать свою пасть, маленький опоссум? – он рявкает не своим голосом, выдёргивает газету из моих рук. – Не зря тебя опускали. Скажи по секрету, кто из них троих лучше? И как тебе ощущения потаскухи, вырезавшей своего ублюдка? – тихим голосом он произносит около моего уха и выпрямляется. – Вы все долбанутые, Чемберсы, вся семейка.
– Не трогай мою семью, – отвечаю ему через зубы, пытаюсь встать, но он толкает меня в плечо, я неуклюже заваливаюсь на стул.
– Ваш этот заговор, поставивший меня в неловкое положение, какие-то сплетни о моем употреблении спиртного от твоих выродков, знаешь, меня отстранили от игры. Мало того, что Чейз лезет во все щели, как чёртов таракан, а тут ещё такой поворот. Ты же умеешь хранить секреты? Когда меня пустят на поле, я сделаю так, что он больше не вернётся, – отворачиваюсь к окну, глубоко дышу, мне нельзя сейчас убегать. Нельзя показывать, насколько мне больно, я постояла за себя, получила в ответ. Мне больнее, ему обиднее. Пусть так и будет. Все это пустые слова, они хотят меня запугать.
– Кто это тут у нас? Обиженная шлюшка Кингов? Думала, вот я такая вся таинственная, и никто не узнает грязные секреты твоей семейки? Но знаешь, что хреново? – подходит Джеки, вытаскивает из кармана свой огромный смартфон, печатает на нем буквы и поворачивает ко мне. – Мы живём в продвинутое время, и чтобы правдивые сплетни разлетелись по городу, нужен один клик. Всего-то.