Консильери - старший советник Дона, доверенное лицо и друг.
Капо (капореджиме, капитан) - глава группы мафиозного клана, который руководит определенным видом криминальной деятельности или отвечает за определенную территорию и делится прибылью с Доном.
В романе "Бесстыжий" отец Орсона является Доном северной ветви синдиката. Роль его подручного сейчас играет его младший брат, но Дон Агати мечтает, чтобы Орсон занял это место и в будущем стал Доном. Сальво, брат Нарии, мечтает стать капо, а пока он приближенный старший солдат, у которого в подчинении другие.
(Информация взята из многочисленных документальных и художественных источников)
13
«В женской академии Корстона девушки из лучших семей обучаются по стандартной программе, одобренной Советом синдиката. Самые успешные выпускницы получают титул «жемчужин» и становятся идеальными женами лидеров синдиката».
Пока я поднимаюсь по лестнице резиденции Дона Агати, в памяти звучат заученные слова из рекламной брошюры академии. Я выдержала долгие годы обучения в островной крепости со спартанской дисциплиной под нещадным давлением учителей и родителей. Я стала жемчужиной, лучшей из многих, поэтому должна справиться с тем, что меня ждет.
Почему же я чувствую себя маленькой девочкой, которой хочется залезть под кровать от страха?
Поправляю юбку, одергиваю блузу. В джинсах меня бы не пустили в резиденцию Дона, пришлось переодеться. Ему сообщили, что я пыталась бежать, и он велел доставить меня к нему домой. Немедленно.
Меня ведут в библиотеку. Дон сидит в кресле в домашнем пиджаке и шелковых брюках.
Стою перед ним, как провинившаяся школьница.
Дон раскуривает сигару. В семь утра?!
Тяжелые шторы кровавого цвета задернуты, в библиотеке полутьма.
- Знаешь, Нария, в моей библиотеке есть несколько первых изданий редких книг и коллекция древних полотен, для хранения которых требуются особые условия.
Я немного озадачена таким началом разговора, но киваю. Потираю ладони друг о друга, ежусь. Полагаю, особые условия включают в себя холод и полутьму. И сигарный дым?
Еле подавляю нервный смешок.
- Всем нам нужны особые условия, чтобы до конца раскрыть свой потенциал, - продолжает Дон. – Например, моему сыну нужна правильная женщина, истинная жемчужина, которая сможет его вдохновить.
Ироничный внутренний голос требует спросить, на что мне предстоит вдохновить Орсона, на волшебную поэзию или на управление криминальной империей, от которой он отказался несколько лет назад.
- Мой сын рожден стать сильнейшим Доном и править северо-западом. Скоро… - Дон морщится, но тут же продолжает. – Однажды наступит день, когда я передам ему бразды правления, а пока он должен быть моим подручным, моей правой рукой, а не консильери этого выскочки Романи! – Раздраженно взмахивает сигарой, рассыпая пепел по ковру.
Сглатываю, переступаю с ноги на ногу. Надеюсь, Дон Агати не узнает, что я как раз собиралась ехать к «выскочке», вернее, к Дону Романи за помощью.
- Ты должна постараться, Нария! Мы с тобой знаем, что лучше для Орсона, и ты поможешь направить его на путь истинный.
- Орсон не из тех, кто станет прислушиваться к женщине…
- Такая женщина, как ты, может вить веревки из мужчин! – Дон отмахивается от моих слов, как будто знает обо мне нечто особенное, чего не знаю я. – В тебе убийственное сочетание чувственности и невинности. Мой сын сопротивляется тебе, но это ненадолго. И тогда ты направишь его по нужному пути. К власти.
Достав очки из кармана, Дон раскладывает газету на коленях и углубляется в чтение.
Наш разговор… завершен?
Дон не собирается наказывать меня за попытку побега?
- Иди, Нария! – приказывает, не отрываясь от газеты. - Тебе приготовили комнату. Ты останешься в этом доме до свадьбы.
До свадьбы?! Так долго?
- Завтра, - говорит Дон, глядя на меня поверх очков. Как будто услышал мои мысли.
Свадьба завтра?!
- Дон, умоляю, скажите, где мой брат…
- Он занят и не сможет прийти на свадьбу. И с Адой Романи тебе придется повидаться в другой раз.
Пристальный взгляд Дона понятен без слов. Он знает, куда я собиралась ехать и зачем. Не накажет меня сейчас, потому что ему нужна моя помощь, однако не спустит с меня глаз. И не забудет о моем промахе.
Сцепив дрожащие руки в замок, взываю к Дону.
- Клянусь, Сальво предан вам до глубины души! Он бросился на мою защиту, потому что он глава семьи…