– Ну что же вы! Надо было сразу говорить, пока господин Леонардо в лечебном крыле был. Лежите, сейчас отвар ромашки принесу, станет легче. – в голосе юной врачевательницы чувствовалось сомнение.
– Стой! – крикнула Элисс, и, собравшись с силами, встала с кровати. Благодаря тому, что кто-то заботливо перебинтовал ей ногу, ходьба вызывала не особо резкую боль. Надеясь, что она ошибается, Элисс поковыляла к кровати Лютера.
– Вас тошнит?
– Да, правда, совсем немного, – с легким подозрением ответил старик – кажется, он не очень доверял новоиспеченному лекарю.
Пытаясь не обращать на это внимание, девушка положила одну руку на его лоб, а второй принялась ощупывать живот.
«Проклятье! Живот вздутый, от тела идет жар. У пациента все признаки аппендицита», – с ужасом подумала Элисс. Об этом заболевании им рассказывали на одном из последних занятий в монастыре, и вспоминать услышанное не хотелось – во время операции погибают девять из десяти человек, а лечение без ножа невозможно.
– Покашляйте еще раз.
После секундного колебания старик исполнил указание. Вновь раздался стон.
– Вы меня что, убить хотите?! – недовольно проворчал он.
Худшие догадки оправдались.
– Что ты делаешь? – шепотом спросила Арила.
– У господина Лютера аппендицит. Срочно требуется проводить операцию, – решительно сказала Элисс.
«И откуда во мне берется смелость во время подобных ситуаций?» – с удивлением подумала девушка.
Старик, шокированный ее словами, застыл с открытым ртом. Бывшая соседка взяла Элисс за локоть и повела в коридор.
– Мы скоро вернемся, – улыбнувшись, кивнула она пациенту.
Как только двери закрылись, атмосфера опять стала мрачной – вернулся запах сырости. И глаза бывшей соученицы метали молнии.
– Какой еще аппендицит!? Мы не сможем провести операцию! – в панике заговорила Арила.
– Аппендицит – это заболевание аппендикса, части кишечника. Тебя уже похитили, когда мы его проходили. Без операции старик может умереть в любой момент! – нервно ответила Элисс.
Самым страшным сейчас было взять на себя ответственность за жизнь этого человека – былая решительность испарялась стремительными темпами.
– Ты уверена? А что, если мы убьем его? Господин Лютер – один из первых жителей Ущелья, он всю жизнь со священниками воевал. Очень уважаемый человек, – у девушки было такое лицо, будто она готова расплакаться.
«Убить уважаемого человека – не лучшее начало для моей жизни в этом месте. Но нельзя ведь позволить ему умирать!»
– Уверена, у него все симптомы. Ты ведь знаешь, как тщательно я читала каждый учебник! Мы должны попробовать, – наконец сказала Элисс.
– А если мы подождем Леонардо? – с надеждой в голосе спросила Арила.
– Когда он вернется?
– Должен быть завтра утром, – девушка закрыла лицо дрожащими руками.
«Нет, мы не можем так долго ждать. Тут на счету каждая минута».
– Готовимся к операции! – решительно сказала Элисс.
Стараясь не думать о том, что она не только инициатор мероприятия, но еще и взяла на себя всю ответственность за его последствия, Элисс вернулась в лечебное крыло.
– Что вы решили? – нервно спросил старик, как только заметил их возвращение.
– Готовимся к операции, господин Лютер, – как можно спокойнее произнесла Арила.
Элисс взяла бритву и принялась удалять волосы с места, на котором планировала сделать разрез. В это время ее коллега бегала по лечебнице и собирала все необходимые инструменты. Другие пациенты настороженно смотрели за приготовлениями – все, как могли, старались помочь или хотя бы сказать Лютеру что-нибудь ободряющее.
– Помой руки, – пробормотала Арила, когда все было готово для начала операции.
– Зачем? У нас нет времени! – раздраженно воскликнула Элисс – нервы давали о себе знать. Старик, и без того смотревший на девушку как на дилетантку, нахмурился еще сильнее.
– Господин Леонардо считает, что омывание рук и раны уменьшает риски смерти пациентов, – прошептала помощница.
Не желая начинать споров, Элисс направилась к большой бочке с водой. Ее бывшая соседка тем временем вливала в рот пациенту какую-то жидкость.
– Руки чистые, готовься вводить ему опиум, – скомандовала Элисс.
Арила вновь осуждающе посмотрела на приятельницу.
– Какой опиум? Мы уже давно используем для обезболивания спирт. Господин Леонардо говорит, что опиум способен вызвать у пациентов болезненную зависимость, – наставническим тоном сказала девушка.