Тот, на которого были обращены взгляды всех собравшихся, был знаком аврору лишь по колдографиям.
Волшебник был одет в одежды Грейвза, изрядно помятые и извалянные в грязи. Он и сам был таким – помятым и извалянным. Светлые волосы, стриженные точно так же, как и волосы Грейвза, в чёткий гитлерюгенд*, растрепались и топорщились во все стороны, припорошенные бетонной крошкой. Внешний вид заключённого говорил о том, что без борьбы он не сдался.
Это можно было прочесть и в его взгляде – голубые льдистые глаза смотрели на Пиквери и Вайса без капли страха. В них искрились нездоровое веселье и вызов. Будто происходящее забавляло волшебника. Светлые усы над верхней губой и прикрывающая подбородок короткая бородка кривились, скрывая усмешку.
- В ваших интересах сотрудничать с нами, мистер Грин-де-Вальд, - холодным тоном проинформировала арестованного Пиквери. – Если вы расскажете нам всё, что нас интересует, мы получим возможность не выдавать вас суду Международной конфедерации магов. А они, как вы сами понимаете, горят желанием наказать вас по всей строгости за все неприятности, что вы им доставили.
Грин-де-Вальд, скованный магическими наручниками, лишь усмехнулся. Он глядел на Пиквери, как на любопытный вид ранее невиданного насекомого.
- Кого вы пытаетесь обмануть, госпожа Президент? – манерно растягивая гласные, лениво поинтересовался он. – Я знаю законы волшебного сообщества Северной Америки достаточно хорошо, чтобы понимать, что при этом вашем «сотрудничестве» мне грозит смертная казнь. Международная конфедерация же, в отличие от вашего Конгресса, привыкла решать вопросы не такими варварскими методами. По решению их суда мне грозит, максимум, пожизненное заключение.
Пиквери подошла к столу и склонилась к Грин-де-Вальду, глядя ему прямо в глаза.
- Подумайте хорошенько, мистер Грин-де-Вальд, - вкрадчивым тоном посоветовала она ему.
Он приблизил своё лицо ближе к ней, с мягкой полуулыбкой отвечая:
- Уже.
Следующие несколько флаконов были наполнены однообразными картинами. Стоявшая у той же стены Пиквери, с каменным лицом наблюдавшая за физическими методами допроса подозреваемого. Один из авроров Грейвза - Вайс, Канг, либо Уоллес - с закатанными рукавами и взмокший от трудов, методично избивавший Грин-де-Вальда. И измазанный собственной кровью, хохотавший тёмный маг.
В этих сценках Грейвза неприятно поразило хладнокровие давней подруги. Мерлин в свидетели, она боялась даже вида загрызенной низзлом мыши! Сцепляться в словесной баталии с напыщенным чиновником – это запросто. Но кровь, звуки глухих ударов плоти о плоть, блевавший от сотрясения мозга маг – это было для неё, по мнению Грейвза, слишком. Однако Серафина спокойно смотрела, время от времени задавая вопросы.
«Персиваль Грейвз жив?», «Где вы его удерживаете?», «Как давно вы заменили его?», «Для чего вам был нужен обскур?», «Как много у вас последователей в США?», «Выдайте их имена».
Но Грин-де-Вальд продолжал смеяться – истерично, ненормально - и не отвечал на вопросы. Сплёвывал на её дорогие туфли сгустки крови и еле слышно шептал: «Скучно».
Часть остальных флаконов была наполнена ещё более однообразными сценами.
Пиквери, стоявшая в той же позе, на том же месте, с тем же ничего не выражающим взглядом. Морена Медина - высокая и тощая, как жердь, стриженная под мальчишку, с той же безэмоциональностью в облике, как у госпожи Президент. Только глаза на её худом вытянутом лице жили своей жизнью. В них плясали азарт, восторг и дикая, первобытная радость.
У её ног корчился от боли, вопил от страха, визжал, захлёбывался слюной Грин-де-Вальд.
Никто не мог сравниться с Мореной Мединой в мастерстве магических пыток. В такие моменты, когда она вела допрос, откровенно наслаждаясь страданиями своих жертв, даже Грейвзу становилось слегка не по себе.
Пиквери же не обращала на её состояние ни малейшего внимания, полностью сосредотачивая его на страдающем тёмном маге. Стоило Медине по велению госпожи Президент прекратить пытку, как вопросы повторялись.
«Персиваль Грейвз жив?», «Где вы его удерживаете?», «Как давно вы заменили его?», «Для чего вам был нужен обскур?», «Как много у вас последователей в США?», «Выдайте их имена».
Но Грин-де-Вальд лишь обессилено смеялся, с восторгом глядя на нависшую над ним Медину.
- Вы бесславно тратите свой потенциал, служа закону, - не раз шептал он склонившейся к нему женщине. – Со мной вам будет намного веселее. Вы умрёте тут от скуки.
В эти моменты взгляд Морены наполнялся злостью. Кончик её палочки упирался в трепещущую жилку на его шее.
- Me atreveria**, - дрожащим от ярости голосом шептала она ему в ответ.
Грин-де-Вальд усмехался и переводил взгляд на Пиквери.
- Уже интереснее, - одобрительно улыбался он ей.
Не зря Серафина горела желанием казнить мага. Страшно подумать, что ещё мог натворить этот сумасшедший, если оставить его в живых.
Остальные флаконы содержали, наконец, хоть какую-то стоящую информацию.
- Я не знаю, жив или мёртв ваш Грейвз, - заговорил Грин-де-Вальд, когда ему наскучили развлечения с Мединой. – Я ни разу не видел его вживую.
- Каким же образом вы превращались в него? – Глаза Пиквери зажглись огнём азарта, как у гончей, напавшей на след зверя.
- Трансфигурировался, - улыбнулся ей маг, утирая рукавом кровь, стекавшую из прокушенной во время пыток губы.
- Раз вы настолько сильны, что могли сутками поддерживать магией чужой облик, что вам стоит сбежать из нашей жалкой для вашего волшебного потенциала тюрьмы? – недоверчиво склонила голову мадам Президент.
- Вы меня развлекаете, - откинулся на спинку стула маг, не сводя с неё взгляда. – Но теперь я начинаю скучать. – Он опустил глаза на свои грязные, отросшие и местами обломанные ногти. – Я мог бы рассказать вам что-то полезное, но только если вы развлечёте меня.
- Это не цирк, мистер Грин-де-Вальд, - гневно раздула ноздри Пиквери, впадая в ярость. – А вы не в том положении, чтобы ставить условия.
- Как хотите, - безразлично пожал он плечами, не поднимая глаз от своих рук.
В камере повисло молчание. Пиквери и Медина сверлили мага взглядами, полными злости, а он продолжал делать вид, будто не он ползал по голому бетонному полу пару минут назад, корчась от боли. С таким безупречно скучающим видом он мог сидеть в библиотеке или опере.
Внезапно злость во взгляде Пиквери сменилась ровным спокойствием, будто море, секунду назад волнуемое штормом, впало в штиль.
- Хорошо, - почти улыбнулась она сидящему перед ней заключённому. – Что именно развлечёт вас?
Грин-де-Вальд посмотрел на неё с удивлением, которое сразу сменилось победным удовольствием.
- Голдштейн.
Ощущение было такое, будто Грейвз упал с высоты как минимум пары метров и из лёгких выбило весь воздух. Он стоял, пытаясь вдохнуть, как рыба, брошенная на берег, не веря своим ушам.
Зачем ему понадобилась Тина?
Если рассматривать худший вариант событий, то Грин-де-Вальд знал о Тине всё, что знал о ней Грейвз. О её семье, характере, карьере. Но это так, общие сведения. Узнать их он мог и без участия аврора. Куда хуже, по мнению волшебника, было то, что тёмный маг знал, как он относится к подчинённой. Знал о его навязчивом наблюдении за девушкой. О его снах, в которых она появлялась, заставляя мужчину просыпаться в липком горячем поту и подолгу стоять у открытого окна, вдыхая прохладный ночной воздух. О неуверенных планах-мечтах аврора когда-нибудь прекратить слишком много думать о том, как они не подходят друг другу, и просто дать ей понять, как она ему важна.
Грин-де-Вальд знал, что она его слабое место.
Грейвз чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, отдаваясь шумом пульса в висках, мешая слышать собственные мысли. Он нервно откупорил очередной флакон, выплёскивая его содержимое в чашу.
Всё та же Пиквери, стоявшая у стола. Грин-де-Вальд, закованный в магические путы и вальяжно раскинувшийся на жёстком стуле, будто на троне. И Тина, сидевшая напротив него.
Было заметно, что ей сильно не по себе – тонкие пальчики нервно теребили край пиджака, сминая плотную ткань. Но, тем не менее, Тина очень старалась не подавать виду, что ей откровенно страшно. Она смотрела прямо на Грин-де-Вальда, не опуская глаз. Губы были сжаты в тонкую жёсткую линию. Спина была выпрямлена до идеальной военной выправки. Но Грейвз и Грин-де-Вальд видели, что эта храбрящаяся девочка - не противник для тёмного мага.