После всего, через что Тине пришлось из-за него пройти, Грейвз не имел права вставать между ней и счастьем, которое она заслужила.
Он сам не заметил, как слишком сильно сжал её ладонь в своей, и только судорожные попытки девушки высвободить руку привели его в себя. Пальцы разжались и Тина с непроизвольно сорвавшимся с губ вздохом облегчения растёрла свою ладонь.
- Я… не совсем в порядке, Тина, - сипло ответил Грейвз, не сводя жадного взгляда с её лица.
И тут она встала и подошла ближе, а затем сделала то, что ему было так необходимо. Крепко обняла его.
Грейвз уткнулся лицом в тонкий шёлк блузки на её животе и судорожно вдыхал такой родной, такой знакомый запах, отчаянно цепляясь за полы серого пиджака Тины, который был велик ровно на два размера. Тонкие пальцы девушки мягко перебирали пряди его давно не мытых отросших волос, седина на которых пробивалась всё отчётливей.
- Всё будет хорошо, сэр, - бормотала она успокаивающим тоном. Тем же самым, которым шептала отчаянно цепляющемуся за неё парнишке Бэрбоуну. – Всё будет хорошо…
И он цеплялся за неё так же отчаянно, как и никому не нужный сирота. Словно она единственная в мире, кто мог подарить радость и покой.
Это в самом деле было именно так.
И тем более жестоко было осознавать, что свои шансы он безвозвратно упустил. Теперь в ней нуждаются и другие.
***
05 декабря, 1927 г.
Легче ему стало уже через пару дней, но вырваться из-за пустых безликих стен Пэвэти в привычный мир было не такой простой задачей. В конце концов Грейвз смирился и позволил Матоаке делать всё, что она сочла нужным – лишь бы поскорее оказаться на свободе.
От Пиквери он узнал, что Скамандер и его чемодан покинули берега Восточного побережья на следующий же день после празднования Самайна – намного раньше запланированного срока. Опасался, что очнувшийся аврор выдаст обскура? Впрочем, теперь это уже не имело никакого значения.
Витрины магазинов уже нарядились в мишуру и яркие шары, ели соперничали друг с другом в богатстве украшений, а ретивые дельцы вовсю рекламировали праздничные акции – город готовился к Рождеству.
На душе у Грейвза было такое ощущение, будто ничего хорошего с ним уже не случится.
Авроры встретили его с едва сдерживаемым вздохом облегчения – многие уже с ужасом вспоминали прошлогодний Йоль и боялись, что и этот им придётся встречать в патрулях без руководства Грейвза. Больше всего его возвращению радовался Вайс и почти не скрывал своего восторга.
Дела отдела в отсутствие шефа он вёл неплохо – за последние пару лет ему пришлось набраться опыта. Мелкие шероховатости в работе патрульных и отделе по взаимодействию с не-магами можно было легко сгладить. Именно этим он и занялся в первый рабочий день.
Небольшая партия волшебных палочек от нелицензированных мастеров с запрещёнными сердцевинами обнаружилась в самом сердце Манхэттена – на Ривингтон-стрит. Фишер и Флеминг явились к нему лично, слегка запыхавшиеся и очень серьёзные – на носу была подготовка Йоля и ежегодного Рождественского бала МАКУСА и такие мелочные, но досадные проколы, как процветающая нелегальная продажа палочек, не должна была испортить годовую статистику. Грейвз решил разобраться с вопросом лично.
Патрульные арестовали мастера и опечатали палочки в качестве вещдока – на всё про всё времени ушло не больше сорока минут.
- Сорок три палочки были уже проданы, у него оставалось тринадцать – около полусотни он успел уничтожить до нашего прихода… - докладывала Флеминг на ходу, пока трое авроров шли вдоль улицы быстрым шагом.
Грейвз слушал слишком внимательно, поэтому удивлённый возглас Майкла Фишера застал его врасплох и заставил нащупать запрятанную в рукаве палочку. Но опасность им не угрожала. Проследив за взглядом аврора, на противоположной стороне улицы Грейвз увидел Куинни Голдштейн, счастливо смеющуюся и ухватившую под локоток низенького и с виду добродушного толстячка.
Вначале он не понял, чем вызвана такая чрезмерно удивлённая реакция Фишера. Но всё встало на свои места после его вопроса:
- Не тот ли это самый не-маг, который участвовал в поимке Грин-де-Вальда?
Не-маг.
«Волшебникам не позволяется вступать в брак или заводить близкие знакомства с не-магами. Любые личные отношения с ними следует публично порицать и наказывать за них. Связь с не-магами позволена только с целью поддержания повседневной деятельности» - пронеслись в голове Грейвза заученные наизусть строки закона Раппапорт.
Наказывать.
Кажется тройное концентрированное удивление и растерянность пробились сквозь шумную авеню до сознания легилиментки. Куинни Голдштейн внезапно обернулась, встречаясь взглядом с главным аврором. Её очаровательная улыбка постепенно увяла, а с щёк спал румянец.
Попалась.
Грейвз лихорадочно соображал – сделать вид, будто ничего не заметил, он уже не мог – Аманда и Майкл перешёптывались между собой, бросая короткие, настороженные взгляды то на младшую сестру их коллеги, то на босса. Попросить их молчать об увиденном не имел права – не Фишер, так Флеминг – закон во плоти, - обязательно доложат кому следует. И тогда не только Куинни, но и самому Грейвзу придётся туго – укрывательство не поощрялось.
- За мной, - коротко бросил аврорам волшебник, оглядываясь по сторонам и переходя оживлённую улицу.
Куинни Голдштейн была бледна как мел, но вновь храбро улыбалась грозно надвигающейся на неё троице, отчаянно цепляясь за рукав пальто своего кавалера, из-за чувств к которому ей теперь грозили серьёзные проблемы.
- Добрый вечер, мисс Куинни, сэр, - улыбнулся Грейвз, протягивая ладонь не-магу для рукопожатия.
Лихорадочно шарясь в его мыслях, Куинни побледнела ещё сильнее, растягивая уголки губ шире.
- И вам доброго вечера, господа! – весело ответил мужчина, тряся руку Грейвза, затем Фишера, а потом галантно поцеловав воздух над кистью Аманды Флеминг, которая в первый раз на памяти главного аврора залилась густой краской – то ли смущения, то ли негодования. – Вы знакомые Куинни?
- Да, - протянул Грейвз, не сводя с девушки тяжёлого взгляда. Так глупо попасться! Раз она решилась нарушить закон, конспирироваться следовало тщательней. – Коллеги её старшей сестры.
Вымученная улыбка медленно сползала с её губ.
- О, вы работаете в той странной тайной организации, которая следит за порядком? Бюро расследований?** - громким шёпотом осведомился толстячок, хитро подмигивая Грейвзу. Тот даже слегка растерялся.
- Не такая уж и тайная, раз вам о ней известно, - криво улыбнулся он не-магу. Судя по его поведению нельзя было сказать точно, был ли он осведомлён о существовании магического мира.
- О, не беспокойтесь! – заверил он. – От меня никто ничего не узнает! Якоб Ковальски умеет хранить тайны!
Грейвз продолжал бездумно кривить губы в приятной улыбке, а его взгляд устремился к большой вывеске за спиной кавалера Куинни. «Булочная Ковальски» - гордо сообщала она.
«Она на свидание убежала. Наконец хоть кому-то из девочек повезло. Приличный вроде молодой человек», - заявила шамкая вставной челюстью миссис Эспозито из недр воспоминаний Грейвза. «Из любимой булочной сестры. Она обожает эти пышки», - доверительно пояснила Тина, глядя на ароматную сдобу в виде волшебных зверей.
О, Морриган! Что же вы, мисс Куинни, натворили. Скорее всего, не-маг вспомнил все события годовой давности о его участии в волшебной заварушке.
Куинни больше не скрывала страха во взгляде.
- Что же, - не допустив ни единой эмоции в мимику, кивнул мистеру Ковальски Грейвз, - было очень приятно познакомиться с вами, сэр. Но дела не терпят отлагательств. Мне необходимо побеседовать с мисс Куинни наедине.