А может, предмет этот был особенно дорог погибшему?
У Картера не было времени рассмотреть все версии, поскольку с другой стороны колодца послышался крик:
— Эй! У нас что-то есть!
Картер обернулся и услышал, как с натугой взвыл мотор генератора, установленного на деревянных мостках. Цепи драги натянулись.
Все присутствующие прекратили работу, сняли очки и ждали.
Цепь со стальными «когтями» на конце была погружена на глубину футов в двадцать пять, если не больше. Оператор в прилипшей к телу пропотевшей майке махнул рукой члену своей команды.
Генератор взвыл, цепь снова натянулась и медленно поползла вверх.
— Мы что-то подцепили, точно вам говорю, — сказал оператор, не сводя взгляда с черной бурлящей поверхности. Над ней с треском лопались пузырьки метана.
Обойдя рабочих, Картер приблизился к той части колодца, где утонул Джеронимо. «Коготь» явно подцепил что-то, цепь тащила наверх, и Картер, к своему стыду, вдруг подумал, что, возможно, это некое бесценное ископаемое, теперь безнадежно испорченное всеми манипуляциями. К счастью, подумал он, средствам массовой информации ни за что не догадаться, что происходит у него в голове.
— Придержи на секунду! — крикнул оператор. — Застрял или за что-то зацепился!
Парень наверху дал отмашку, генератор перестал тарахтеть. Оператор низко наклонился над колодцем, потряс тяжелую цепь, затем снова включил мотор генератора. Из клапана в верхней его части вырвалось маленькое облачко дыма или пара.
— Неужели дедовский способ помогает? — спросил Картер, стараясь перекричать шум.
— Как всегда, — весело заметил оператор, перед тем как снова посмотреть в колодец.
Картер проследил за направлением его взгляда и увидел, что цепь, погруженная в густую черную жижу, снова начала выходить наверх. Член пожарной команды был доволен, как рыбак, которому удалось подцепить на крючок большую рыбу. Чувства Картера описать было сложнее. Облегчение и одновременно страх — вот что он испытывал, ожидая, что за ужасное зрелище предстанет сейчас у него перед глазами.
— Внимание, всем приготовиться! — крикнул оператор, не сводивший глаз с бряцающей цепи.
Она была целиком погружена в смолу, и Картер мог лишь предполагать, как эти люди поняли, что конец уже близок. По другую сторону колодца он увидел Дела — седые волосы распущены, их раздувает ветер, на лице любопытство и нетерпение.
Вот из жижи что-то показалось. Нечто, попавшееся в «когти» драги.
Какой-то небольшой зауженный предмет, он был зажат между двумя зубцами. Картер всем телом подался вперед. Что же это?
Цепь медленно выползла еще на несколько дюймов, и теперь Картер видел — это нога. В какой-то туфле. В мокасине…
Оператор покосился на Картера, тот кивнул — можно продолжать.
Еще несколько зубцов подцепили края штанин Джеронимо.
И вот постепенно показалось тело, казалось, что вязкая смола цепляется за него до последней секунды, никак не хочет отпускать; куски массы стали отрываться и шлепаться вниз, в колодец. Труп завис над поверхностью вверх ногами, точно освежеванное животное на бойне. Он с головы до пят был вымазан черным и блестел, безжизненно свисали руки в рукавах замшевой куртки с бахромой. И еще он медленно поворачивался на крючьях, пока не оказался лицом к Картеру. На уровне его глаз.
Пожарный быстро и ловко обмотал вокруг талии покойника нейлоновый шнур, чтобы тело не соскользнуло с крюка, не сорвалось в колодец снова.
Длинная косица Джеронимо с узелком на конце свисала вниз и походила на черный восклицательный знак. Лицо было сплошь залеплено смолой, которая начала «подтаивать» и медленно стекать с кожи. Картер, точно завороженный, наблюдал за тем, как постепенно проступают человеческие черты. Подбородок, нос, щеки. Горячая смола сверкала в жарких лучах солнца.
В колодце стояла мертвая тишина, если не считать завывания генератора. Все были потрясены открывшимся перед ними ужасным зрелищем.
А когда пожарный протянул руку, взялся за цепь и начал осторожно подтягивать труп к мосткам, еще один черный кусок соскользнул с лица. И стали видны глаза с плотно сомкнутыми веками.
Картеру они напомнили щелеобразные глаза мумии.
Вдруг, возможно под действием стекающей смолы или просто от силы тяжести, глаза открылись…
На фоне черного неподвижного лица белки, казалось, светятся. Картер смотрел прямо в глаза Джеронимо, не в силах заставить себя отвернуться. У него возникло странное ощущение, что он не вправе отвести от него взгляда. Что он его должник.