ГЛАВА 20
Картер сам не понимал, кому это больше нужно — ему или его другу Делу, но, видимо, нужно было сильно. Только этим можно было оправдать многочасовые попытки остановить хоть какую-нибудь машину в горах Санта-Моники и попросить их подвезти.
Оба они любили выезжать на раскопки в глухие отдаленные места, и Дел по натуре своей не был приверженцем городской цивилизации. Когда не надо было читать лекции студентам или делать доклад на каком-нибудь симпозиуме, он отправлялся бродить по лесу, выезжал на рыбалку или охоту, любил наблюдать за птицами. Дома в Такоме у него даже была специальная морозильная камера, куда он складывал свои трофеи: в основном дичь, добытую порой с помощью стрелы и лука.
Но сегодня ситуация не располагала к долгим прогулкам по дорогам — жара стояла страшная, на небе ни тучки, ветра почти никакого.
— Ты уверен, что хочешь бродить там в такую погоду? — спросил Картер.
— Да! — ответил Дел, ни секунды не колеблясь. — Если не выберусь из этого чертового города на воздух и простор, у меня голова лопнет.
Картер вовсе не был уверен, что сегодня им следовало ехать туда, куда они так стремились, а именно в каньон Темескал, но ничего другого предложить просто не мог. Он заехал за Делом в шикарный особняк на бульваре Уилшир, где тот остановился у своей сестры — она была замужем за директором киностудии. Когда они отъехали от дома, Дел весь так и передернулся.
— Знаешь, у них есть парень, который паркует машины. Представляешь? И еще один, он привозит продукты из магазина. И еще консьерж, представляешь, консьерж! Принимает почту, отправляет одежду в химчистку!
— Готов побиться об заклад, у них даже кондиционеры есть, — с улыбкой заметил Картер.
— Черт! Весь дом набит этими кондиционерами, — ответил Дел. — Но лично я прошлой ночью спал на балконе.
«Интересно, — подумал Картер, — как отнесся к этому его зять?»
Они въехали на автостоянку перед каньоном. Картер обрадовался, увидев там другие машины: «понтиак», пару внедорожников, частную патрульную машину. Дел и Картер не думали, что здесь их могут «запереть» на стоянке, как случилось совсем недавно, когда им преградила дорогу целая кавалькада подростков на мотоциклах. Они громко газовали и пили пиво «Ред бул», выбрасывая жестянки прямо на проезжую часть. Картер заплатил пять долларов за парковку, Дел печально покачал головой.
— Даже здесь надо платить, если оставляешь машину? — спросил он. — У нас, в штате Вашингтон, ты просто съезжаешь с дороги и стой себе сколько влезет. — Он продел руки в лямки нейлонового рюкзака. — Как ты все это выносишь, а, Боунс?
— Это называется цивилизация, — ответил Картер. — Лично я смирился с ней давным-давно.
Картер подхватил свой рюкзак, в котором лежали лишь несколько бутылок воды, крем от загара, бумажник и ключи. Они прошли через площадку для пикников и вышли на тропинку, ведущую в горы. Картер шел впереди и слышал за спиной шумное дыхание Дела, тот с наслаждением втягивал свежий воздух с горьковатым привкусом выгоревшей травы. Они перешли по узкому деревянному мостику через маленький ручеек, и Дел заметил:
— На кой черт здесь вообще построили этот мостик?
— Здесь Лос-Анджелес, — ответил Картер. — Скажи спасибо, что пошлину за переход не берут.
Чем выше они поднимались в гору, тем дальше становился Лос-Анджелес.
Сначала стихают сигналы автомобилей, затем перестаешь различать автозаправки, огромные супермаркеты, заведения для продажи гамбургеров. Перестаешь непрестанно оглядываться через плечо или в зеркало заднего вида, чтобы посмотреть, кто тебя догоняет. Горы Санта-Моника разделяли один из крупнейших в мире и все расширяющийся город Лос-Анджелес на две части, и Картер даже усматривал в этом свои преимущества. Переехав сюда, на запад, он при каждом удобном случае изучал окрестности, различные рекреационные зоны, бродил по горным тропинкам. Каньон Ла-Джолла. Эскондидо. Санта-Инесс. Ранчо Гротто. Каньон Бронсона. Зума. Вершина под названием «Седло». Тут была дюжина любопытнейших мест, причем добраться до многих из них можно было всего за несколько минут — только и требовалось, что съехать с дороги да иметь при себе пару кроссовок и бутылку с питьевой водой. Ты оказывался на природе, и все городские неприятности оставались позади, как, например, в данном случае, ибо неприятностей в городе у Картера хватало.
Не проходило и часа без того, чтобы он не вспомнил покрытый гудроном труп Джеронимо, пристальный взгляд его мертвых глаз.