- Что ты здесь делаешь? Где Вигнар?!
Пришлось бегом спускаться. Иначе она могла подняться и насильно всем объяснить чего стоит учёная дева с двадцатилетним полевым-раскопочным стажем работ.
Позже, после бурной встречи, мы сидели на козлах старой кибитки и пили горячий травяной настой. Моя тётя оказывается здесь уже не первый месяц. Ищет подтверждение своей научной теории с помощью этих заплесневелых костей. А остальные, как она выразилась, ей мешают.
На небе разыгрывался закат. На запад лениво удалялось солнце в окружении рдяных торопыг. Их успевали погонять и прихватить за короткие хвосты серые тени. Одна парочка клубком свалилась в траву и рванула по широкой дуге, цепляя по пути не вовремя попавшиеся котелки, срывая балахоны и бросая пыль в лицо. За всем этим безобразием благосклонно наблюдала волчица, насмешливо скалясь в спину соперника. Хоть не одного зайца её стая не поймала, но хоть погоняла вдосталь.
А по нашим ногам и меж колёс оживлённо сновала дюжина ездовых хорьков. Они тащили тёткину кибитку. Стайные животные, выносливые, внешне длинные, как лапша, с короткими лапами и изжелта-кремовой шкурой. Они непосредственно приставали ко всему, что движется, заставив нас постыдно ретироваться на места повыше от земли и от них самих. Только Вольг куда-то ушёл после ужина, на прощание галантно приподняв шляпу. Василий сидел рядом со мной и снобом поглядывал вниз. На него тоже поглядывали, но с заметным гастрономическим интересом. Мира бесцеремонно разлеглась внутри повозки, попыхивая своей трубкой. А тётя Сола, фанатично пылая взглядом, рассказывала о своих изысканиях:
- Радуха, в жизни всё имеет свой цикл. И я думаю, что у развития тоже есть свой цикл. И как раз сумеречные годы стали самым ярким подтверждением. В то время когда с неба упала звезда...
-...звезда рока... - мечтательно булькнула альда, переложив ногу на ногу.
Тётя неодобрительно нахмурилась, но не стала отвлекаться:
- Так вот своим падением она обеспечила новый толчок. И если представить, что жизнь это не спираль, а например, много-много отдельных нитей, то этот толчок сравним с обрубанием лишнего. Как в природе. Слабого съели, сильный выжил. Поэтому я считаю, что образовалось сразу много видов и со временем ничего не менялось. Только вымирали. Ни внешне ни духовно, как было три души, так и они и остались, - самодовольно усмехнулась тётя. После каждого предложения она вставляла утвердительное "Угу-м?", к чему я никак не могла привыкнуть. - Что за глупость сказать, что человек произошел от обезьяны? А орки от кого? От водорослей? Грибов? У них ведь даже самок нет! А тролли?!... Хотя вот тут как раз все ясно... - Она остановилась, как будто с размаху налетела на риф и теперь медленно уходила на дно, но собралась с силами и твёрдо выдохнула: - Из камня.
Она потёрла подбородок и кинула хлебную корочку хорькам. Образовалась куча-мала из попискивающей "лапши".
- А дварфы?
- Ну то, что по их жилам бежит виски совершенно точно!
- Но я... разве... разве не всех слепили боги?
- Что?! Нет, конечно, что разом это да, но боги?! - задохнулась тётка. - Выбрось это из головы! В каком веке ты живёшь?
- Но...
- Нет, нет и нет! Никаких но! - Из кибитки донёсся ядовитое хихиканье, которые всё-таки вывело тётю из себя: - Что смешного я сказала?! Всё веселье внутри! Я говорю о важных вещах!...
За спиной негромко пропела альда:
- "Чтобы жить и наслаждаться жизнью, она купила наручники и телескоп...".[6]
Я заинтересованно прислушалась:
- Что?
- Что слышала, - невинно откликнулась красноволосая. Из повозки раздался скрежет. - Драконий обжиг? Неожиданно.
- Что... ты делаешь? - Развернулась и заглянула внутрь, перевесившись через бортик. Мира лежала на пузе и самозабвенно карябала своим ножом дно.
- Авторские права.
- Какие ещё авторские права на моей малышке?! - разъярилась тётя Сола.
От выяснения отношений нас спас кот. Он внезапно решил, что ему срочно надо спуститься вниз. Он отдавил ногу мне, отломал непонятную ручку и упал на тётку. Она не удержалась и, красиво перекосив лицо, ухнула за борт. У Васьки, как и ожидалось, приземление вышло крайне удачное. И не потому что кошки всегда падают на четыре лапы. Причина была куда прозаичнее и крылась в расчётливости или всё той же удачливости хвостатого проглота, а именно вовремя вытолкнутой вперёд тёте Солы.
Теперь мы просто обязаны были задержаться до выздоровления тётки, да и Вольг не вернулся ни наследующий день, ни через неделю. В воздухе ощущалась подступающая осень и, кажется, моё скорое возвращение в родные края накрывалось медным тазом. В раскопочном лагере байки ходили одна другой круче, мол, троллий конунг решил отвоевать горную цепь Хъялль и побережье Тролльего моря (когда-то всё это им и принадлежало, но что упало, то пропало), также баяли о вольных острогах. Появился де главарь Льга Варедной, изящно творит беззаконие и предаётся большой политике. И напоследок наш Союз всерьёз взялся собачиться всё с той же империей. Надо же! Стоило только выйти из родного дома, как мир вокруг сошёл с ума.