Вольг и Мира, благосклонно поддакивая, опустошали стол не хуже голодающих чаек. Кот тоже старался не отстать и под шумок утаскивал угощение - восстанавливал жировой запас после детей и пряток на выживание. Наконец у тёти Солы пересохло горло, был взят короткий ("короткий", - значительно подняла палец) перерыв. После непродолжительного молчания, заговорил её муж в своей хладнокровной манере. Произнёс тост, выпили, посидели. Тётя ещё не оправилась. Опять тост, выпили... Тётя держалась до последнего, но была сражена превосходящими силами брожения. А Дем дозрел до короткого воспоминания, естественно, по традиции после тоста за молодых-зелёных:
- Иду, смотрю, на встречу мне вышагивает... На голове шлем, что дуршлаг, кираса кожаная в заплаточках... ворьё выкинуло, постеснялось... на ногах сандалии...знаете, такие дорогие тряпочки в камушках-самоцветах, в одной руке секира, в другой белиберда какая-то. Рассказывает, тут одно нашёл, тут второе, у циклопа нижнее бёльё уволок... А сам мне под нос какую-то вонючую палку суёт. Сияет, говорит, жезл некроманта. Да были же времена... - Дем мечтательно улыбнулся. - Сейчас такого днём с огнём не сыщешь.
Слушать мужчину было интересно, познавательно. О разных местах рассказывал, о случаях, о драконах. Мол, забрёл в горы, а там дракон-отшельник решил к своим корням вернуться. Наворов...добыл злата, принцесс подстелил и потчует, на скуку жалуется. Тогда-то Дем и встретил тётю. Она гуляла неподалёку и вот те на! Дракон в горах! Диковинка. В общем, она достала отшельника вопросами, и он умолял избавить его от надоедливой девицы. Ему, дескать, своих хватает, а эта оторва их баламутит.
Тихо вздохнул Вольг:
- Спас на свою голову...
Дем тонко усмехнулся.
Незаметно время перевалило за полночь и мы один за одним стали рассасываться по комнатам. Я помогла тёте с уборкой, а потом, выслушав наставления, поднялась к себе. Васька выжидательно просидевший около стола, поднялся за мной, и мы тихонько заглядывали в комнаты, искали куда приткнуться. Но не находили ни одного свободного места и шли дальше, пока не наткнулись на одну "сокровищницу" или скорее хламовницу, но для мага - это равнозначно.
В открытое окно подмигивала Луна и сверкала на острых гранях разнообразного оружия от заморского копья "волчий хвост" или ещё известного, как "волчья метла" до топоров и ятаганов! По стенам были развешаны пугающего вида чучела. С потолочных балок свешивались кипы одежды: кринолины, шубы, кожаный доспех... По углам стояли мешки. Но до них мои руки не дошли.
Утром нас застал на месте преступления Дем. Васька красовался в котелке, повязкой на один глаз, бабочкой и приклеенными усами. Свои кот забавно топорщил и раздувал, обещая страшную месть. Я в пышном платье, остроконечной шляпе и с точно таким же приклеенным украшением на лице кланялась коту в лапы и просила пощады. Тот презрительно кривил морду, вальяжно почесываясь задней лапой под шеей. Глаза дяди приобрели то несравнимое ни чем выражение, когда человека застали за самым сокровенным, а потом он быстро вытряхнул нас из костюмов, и ни слова не говоря, отвёл в комнату, которую нам полагалось делить с альдой.
Но в ней уже никого не было. Открытое окно, убранные кровати. Свежо и пахнет утром. Глаза слипались, но я подошла и выглянула наружу, полюбовавшись на чёрно-синюю плошку океана и красную встрёпанную точку вдалеке. Идёт в город. Под пальцами осталось вырезанное объявление о некой "огненной и зелёноглазой" и короткая строчка: "Не имею привычки что-то обещать. Оно всегда встанет с ног на голову. Мирионика-Альд".
Последнее, что мне запомнилось, как на меня вспрыгнул Васька, помял лапами и почему-то решил, что самое время вымыться (попытался вылизать меня, но дольше отплёвывался от волос). В нос забивался аромат мокрой шерсти. Мне снился дом, Вигнар и грандиозная гулянка, устроенная в мою честь.
***
Время... Белоснежный пёс тяжело отталкивался лапами от дороги, и его дыхание вырывались с тугим присвистом горячего воздуха. Хок понимал, что ещё немного и белый зверь упадёт, и никому иному, как ему придётся успокаивающе гладить длинные острые уши, покатый лоб, и виновато прятать взгляд, шипя проклятия в адрес, щеркот её подери, Сороки...