- Да чего там! - Наёмник всепрощающе улыбнулся. - Мои уши и не такое слышали. Рад, выпьем?
- С чего бы?
- Давай, поднимай свою кружку! У тебя там что-нибудь ещё есть? - деловито поинтересовался, оттянув мне руку. - Ага, вроде есть. Сейчас мы поднимаем этот напиток за благоприятный исход дела! Ты же не думаешь возвращаться домой?
- Чего я там забыла? - хмуро отозвалась я.
- Славно, очень славно, значит, моя работа закончено. - Вольг вдруг поднялся, поправив шляпу и развернулся ко мне спиной. Что? Это он таким способом решил удостовериться достаточно ли далеко меня отвёл, что ли? Я такого поворота не ожидала. Это сколько же Вигнар ему заплатил, чтобы он столько времени со мной няньчился...
- Стой!!
- Что ещё? Книга прочитана, мы в Горске. Работа сделана, Сорока. - Спокойно взглянул в мои пылающие бешенством глаза. У меня, кажется, даже правое веко дёргаться начало.
- Ничего подобного! Неужели тебе не интересно куда мы направлялись все это время?
- Думаю, я знаю. И лучше тебе забыть об этом как о ночном кошмаре.
- Вольг... Стой! Я... я подниму оплату!!
Наёмник остановился, но не поворачивался.
- На восьмую часть.
Спина оскорблено застыла.
- На восьмую с половиной? - с надеждой вопросила я.
Спина огорчённо поёжилась.
- И часть от будущих доходов?
Вольг полуобернулся. Что? Что ем ещё надо, кровопийце?!
- И...и... десятую часть от будущего дохода и премия. - Это я выдавила с ужасной головной болью. Судорожно втянула носом воздух. Сколько же несуществующих денег я пообещала этой наглой роже?! Надо теперь их добыть. А премия? Какая к щеркоту премия?!
Неожиданно я покачнулась, в голове как будто взорвался котёл, и я осела бесформенным кулем, ощущая, как из меня тянет силой. Верх выстрелил столб сияющих золотых пещинок, сбив с ног одного или двух громил, стоящих выше на лестнице. Они уже достаточно давно алчно поглядывали, когда думали, что я их не замечаю.
В зале послышались испуганные крики, грохот опрокинутых стульев и скрежет деревянных ног. Внезапно всё стихло: мельчайшие золотистые пылинки начали медленно, как первый снег, падать. На одежду, на зелёные лбы и уши. Тех, кого я видела, в глаза загорались огни, даже у самых здоровых, шрамированных громил.
- Ой... Ух! Мольфарка, давай ещё! - Послышалось восхищённое со всех сторон. Однако мне уже было не до этого, лишь бы выйти отсюда. Уф, как я устала... и голова опять болит.
- Эй, магичество, можно и без премии... Давай, выдыхай! - Передо мной нарисовался Вольг. Он сидел на корточках и, охая, обводил зал взглядом: - Это что тут такое произошло, а? Магичество? Надо же так нервничать из-за каких-то денег? У-у-у, ну и скупердяйка ты, девка. Это правильно, баба должна быть прижимистая, хозяйство хорошо будешь вести.
- Ой, вот только не надо этого!
- Чего? Странная ты, девка. Хвалю её, а ей не нравится! Лучше вот, что мне скажи... Думала кто будет нашим проводником?
- Проводником? А разве не ты?
- Понятно. Ну ничего, ты не зря меня наняла. Найдём.
Он успокаивающе похлопал меня по плечу, не забыв напомнить, чтобы я дышала, словно корову с норовом успокаивал, а затем подхватил меня за подмышки, как маленькую девочку, и поставил на ноги.
Что ж, продолжим.
***
В темноте горела свеча. Некто, пыхтя, протискивался в узкий проход, осторожно подпихивая её вперёд, пока, в конце концов, не застрял. Послышалось ворчание, что де не стоило, право, есть утром те колбаски, ночью то можно - растрясётся... Но как пахли, о-о-о, право! Последний изгиб тела и некто выскользнул из ловушки. Огонёк затрепетал. Развернулись прямо на полу свитки, перо, порядком замызганное, заскользило по изжамканной бумаге:
"Идёт... неделя серпня или понедельник вересня 13096 год от сотворения мира.
Мои слуги взяли выходные дни для удовлетворения своих низменных потребностей. Также они должны раздобыть припасы для Великой Экспедиции. Пока мне выдались свободные дни постарался провести их с пользой: высчитывал дни на дорогу, составлял схему пути, с которого мы сбились из-за никчёмности моих слуг. Подумать только -даже направление пути сохранить не могут! Ясно написано: северо-восток! Нет, они идут на юг! Бестолочи!
К тому же по их глупости мы попали в абсолютно ужасные условия существования. Из дому ступить нельзя. Они позорят само звание, пятнают честь и очерняют образ в глазах двудлиннолапых. Набежали со всей округи. Мало ли какой тут фестиваль радужной форели... Того и гляди нас раскусят...