Легко ему щуриться, я то не местный и большую часть слов просто не знаю. Если слово «крамиш» я уже узнал и понимал, что оно означает орки, то со словами «шаман», «маг» я просто ещё не сталкивался и условно принял значение слов только из контекста. Я думал и сопоставлял слова чужого языка с чем-то подобным по здравому смыслу.
Старшого моё затянувшееся молчание, похоже, раздражало. Чтобы не злить его, я просто коряво, в меру своего знания языка, сказал, что всё понял и буду молчать. Старшой недоверчиво хмыкнул, словно решая, а не прирезать ли меня тут, пока к людям не выбрались, но, похоже, так и не решил, что со мной делать. В общем, нехороший осадочек на душе остался от разговора со старшим.
Копая могилу для парней из каравана, я впервые всерьёз задумался, а так ли это безопасно ездить с этими парнями, у которых какие-то тёмные делишки. Может, пора делать от них ноги, пока не встрял по полной. И вот что паршиво, я даже понять не смогу, как и когда перейду незримую черту, за которой у них отправляют на вечный покой. Прирежут, и всё, за какую-нибудь банальную фразу, на которую дома никто не обратил бы внимание. И не то чтобы парни из каравана такие плохие, просто разные менталитеты и культуры. На Земле тоже таких случаев хватает, когда иностранцы встревали по полной, за невинные у них на родине слова или поступки. Другое дело, что иностранцам проще, они хоть спросить у кого-то могут, о том, как себя вести и что можно или нельзя говорить. В моей же ситуации лишние расспросы могут неправильно понять, с учётом того, что парни явно не по закону живут. Был бы жив Тагул, то можно было бы поговорить и осторожно всё разузнать, а так…
Только вечером, когда мы встали лагерем и все немного успокоились, у меня получилось хоть немного понять местные реалии. Вначале я хотел осторожно и понемногу расспрашивать у охранников, но потом понял, что так выйдет только хуже, подумают ещё, что я что-то вынюхиваю.
Просто подошёл к старшому, заметив, что он вроде как слегка смягчился в настроении, и объяснил, что мало слов знаю и не знаю, какие у них тут порядки. Попросил научить меня тому, что должен знать любой местный. К старшому я подошёл не просто так, а потому что всё равно он один из главных в караване. Лучше у него спрашивать, чем нарваться на ситуацию, когда ему в голову взбредёт, что я много болтаю и, наверно, что-то разнюхиваю. Старшой меня долго терпеть не стал и беззлобно послал куда подальше.
– Не приставай ко мне! Парни сами тебе все объяснят. Ягарт! Раким! Вы самые болтливые бабы! Объясните дикарю, что можно и что нельзя в Скагене и Алгаре.
Так я постепенно начал познавать местные законодательные реалии, быт и новые незнакомые мне слова с одобрения начальства.
Глава 8
О местных реалиях, отношениях с законом, истории мира и о прочем
Шёл уже фиг знает какой день моего пребывания в Раяне – так мир по-местному называется. Я сбился с подсчёта дней, а ломать себе голову, точно высчитывая, сколько я здесь пробыл, смысла не вижу. Можно, конечно, тупо достать телефон, вставить батарею и высчитать от последнего звонка, сколько я здесь пробыл, но толку-то. Это блажь и чушь. Я тут примерно уже полтора месяца, а за полтора месяца любая батарея садится. Здесь я, похоже, надолго, если и не с концами.
Приблизительно через неделю после событий с нападением караван пересекли границу королевства Скаген и перешли в королевство Алгар. Я постепенно обживался. Словарный запас значительно вырос, да и о мире Раян я теперь знаю необходимый минимум. Средневековые реалии в обоих королевствах примерно одни и те же, как, впрочем, и во всём этом мире.
Алгар в последнее время теряет людей. Крестьяне, прикреплённые к земле, просто бегут в Скаген вроде бы из-за неурожая, но на самом деле из-за грабительских налогов. Беглых ловят, кого-то для острастки казнят, но всё без толку. Кто-то из беглых сбивается в воровские шайки, и около границы с Алгаром наш караван как раз и закусился с такими любителя свобод. Границы между королевствами, по сути, чисто условные, и как таковой пограничной службы тут, естественно, нет. Есть лишь границы феодов местных властителей, присягнувших разным монархам, и полоса отчуждения между феодами двух королевств, своего рода нейтральная земля. Сами королевства, по сути, изначально были просто буферными вольными баронствами между орками и королевством Грогант. Однако Скаген и Алгар в течение последних столетий постепенно серьёзно потеснили орков с их земель.
Бывшее королевство Грогант стало империей Грогант, но дипломатически и официально до сих пор никак не соприкасается с бывшими баронствами. Грогант империя беспокойная, с постоянными мятежами и их подавлениями, войнами и набегами на соседей. Завоевания империи в основном устремляются на юг, и за всё время существования Северных королевств у них не было серьёзных военных конфликтов с Грогантом, не до них империи. Единственной спорной территорией королевств и империи служит озеро Гелер, да и то это спорная территория чисто номинально. Королевства не хотят ссорится с империей, для них это самоубийственно, тем более что ссориться, считай, не из-за чего. Озеро хоть и большое, но ничем не интересное, кроме добычи рыбы и мелкого озёрного жемчуга.