Бестолочь!
— О! А чего ты такая одноглазая? Что случилось? — не поняла мама. Она уперла руки в боки и вопросительно смотрела на дочку. — Аааааа... — орала Светка на всю улицу. — Да не ори ты! Покажи что там у тебя. — Аааааа... — ещё громче завопила Светка.
Мама схватила Светку за руку, которую та прижала к глазу, и попыталась оторвать от лица. Светка второй рукой ещё сильнее придавила первую. Мама тянула Светкину руку на себя, Светка намертво приклеила ладони к глазам.
— Не ори, ты уже большая, скоро в школу пойдешь. Дай посмотрю. — Я маааааленькаяяааа. — не сдавалась Светка.
Мама отпустила ее руки, а Светка отпустила глаз. Глаз был на месте. Мама облегчённо вздохнула. — Ну и стоило так кричать? — Больно. — захныкала Света. — Что случилось-то? — недовольно спросила мама, поправив растрепавшиеся волосы.
Жаркий летний день подходил к концу, и на улице поднялся ветер. Он гонял пыль, швырял в людей мелкие песчинки. Но люди не замечали. Ветер был привычен.
— Что случилось? — повторила мама. — Я не знаю. — тихо хныкала Светка и часто моргала. — Мы с девчонками просто играли. Там. За домом. И мне в глаз что-то попало. От ветра. Теперь больно. — От ветра ей попало. Во что играли? — В догонялки. — Добегалась! Вечно носишься, как угорелая. Пошли домой, промоем. — Я уже промывала. Не помогает. — Светка снова прижала ладони к глазу. — Куда ты грязными руками, ослепнуть хочешь? — закричала мать. — Быстро домой.
Ослепнуть Светка не хотела, но глаз болел и чесался. Светка чувствовала, как под веком будто застряла песчинка и теперь карябает всё там, стоит ей только моргнуть. Если прижать глаз посильнее, то вроде бы карябает меньше. Мама взяла Светку за руку и потянула домой. Там заставила умыться, сесть в кресло и ждать.
— Глаз не три. Не три, кому я сказала! Ну ка, покажи. Мама внимательно осмотрела глаз. Она оттянула веко, повертела Светкину голову. — Нет там ничего... Сиди... Мама ушла на кухню разводить марганцовку. Потом позвала Светку в ванную. — На вот. Моргай сюда. Прям наклонись, чтобы глаз в воде был и моргай. Мама сунула Светке в руки тарелку с бледной водичкой.
— А она не горячая? — Не горячая. Давай быстрее. Я тут долго стоять буду? Мне некогда с тобой возиться.
Светка взяла в руки тарелку и наклонилась вместе с ней над ванной. Мама наклонилась над Светой и взялась за дно тарелки. Светка отпустила лицо к тарелке и нырнула в неё глазом. Водичка была тёплая и приятная. Глаз сразу немного успокоился.
Светка заморгала.
Она смотрела на дно тарелки и видела там стертый от времени розовый цветочек и золотистый завиток. Завиток казался огромным. Он лез прямо в глаз. Светка моргала.
— Ну как? — спросила мама. — Всё. Мама забрала тарелку и подала Светке полотенце. Света промокнула лицо и тут же закричала. — Ааааа... — Ну что опять? — Больно. — А зачем ты давишь, бестолочь?
— Я не бестолочь. — заныла Светка уже от обиды.
— А кто ты, если не бестолочь?
— Никто.
— Попереговаривайся мне тут. Иди, полежи и не трогай. Сейчас отец придёт, а у меня ужин не готов.
Светка пошла к себе, закрыла дверь в комнату и легла на кровать. Глаз болел все сильнее. Мама готовила ужин. Наконец пришел отец. Он переоделся, помыл руки, взял книгу и пошел есть. Он всегда ел с книгой. Ставил перед собой и ел. Света старалась плакать не слишком громко, чтобы отец не услышал, а то начнет ругать и ей будет еще обиднее.
Мама накормила отца и прибиралась на кухне, отец сел перед телевизором. Светка ужом вертелась на кровати, зажимала глаз руками и тихонько хныкала. Мама, помыв посуду, пришла к ней.
— Я тебе сказала не трогать глаз! Ты зачем его держишь?
Светка не отвечала и просто плакала.
— Ну что теперь делать — мама надолго замолчала недовольно глядя на Светку, — скорую что ли?
Светка испугалась и заплакала ещё больше. Она боялась скорой. Мама часто говорила, когда Светка болела, что если она не будет пить горячую траву, то её заберут на скорой и будут там делать уколы. — Саш! — позвала мать папу.
Светка сжалась и затихла.
— Ну что тут у вас? — недовольно спросил отец, войдя в комнату. Он скривился и посмотрел на дочь. — Глаз не проходит. Надо скорую, наверное. Иди, вызови.
Отец ещё раз скривился и пошел вызывать скорую. Светка затихла. Через пару минут отец вернулся.
— Скоро будут. Не три, тебе мать, что сказала. — прикрикнул он от двери и ушел.
Светка лежала и боялась.
На улице совсем стемнело, и Светка боялась, что если скорая заберёт её сейчас, ночью, то оставит в больнице до утра. Или даже больше. Может и на неделю.
Она не хотела, чтобы приезжали врачи и увозили её куда-то. Ей даже показалось, что глаз прошёл. Ну, прям, совсем прошел. Она лежала и прислушивалась к себе. Ну, вот точно. Корябаться стало чуть меньше. Потом еще чуть меньше. Если еще подождать, то и совсем пройдет. Может мама права и глаз болел, от того, что она его натерла. Конечно, Светка сама виновата. Не надо было тереть и вообще носиться, как угорелой.