Глаз постепенно успокаивался.
Светка хотела сказать, что у неё уже почти прошло, но тут в комнату зашел папа.
Он посмотрел на Светку, привычно скривив лицо. Светка думала, что она похожа на червяка, раз папа на неё так смотрит. Интересно, она всегда похожа на червяка или только сейчас, когда у неё опух глаз.
Наверное, всегда.
Ведь папа постоянно говорит, что она, как глиста. Значит, глаз тут не причём. Может, можно сказать, что он почти не болит? Светка посмотрела на папу и передумала. Она побоялась говорить ему об этом.
Ага, скажи, что ей хорошо и папа начнёт кричать, что зря звонил, зря людей беспокоил, зря врачи приедут, потратят своё время на Светку. Лучше она промолчит и… да, пусть лучше так… пусть лучше её заберут в больницу, зато папа не будет кричать. А что смотрит так… пусть смотрит.
Приехала скорая.
Врач осмотрел Светку и забрал вместе с мамой и папой куда-то в больницу. Светка ехала в скорой и ей было приятно. Врач ласково расспрашивала её, мама волновалась, и даже папа перестал плохо смотреть на Светку.
На улице уже была кромешная ночь, а в больнице ярко горели лампы. Они заливали своим светом коридоры до боли в глазах. Светка хотела снова зажать глаз, но дяденька врач тихонько взял её за руку, усадил на стул и начал рассматривать многострадальный глаз. Он аккуратно протирал, закапывал и смотрел на Светку через какой-то блестящий круг. Светке в больнице понравилось. Ей даже не стали делать уколы.
Потом их отпустили.
Больница была не далеко от их дома и Светка с родителями пошли пешком. Ночь была теплой и звездной. Даже ветер затих. Светке было стыдно, что из-за неё мама с папой посреди ночи идут по улице, вместо того, чтобы спать. Они не выспятся и пойдут завтра на работу уставшие. Папа так и сказал.
— Мне спать останется четыре часа.
Светка тоже устала. Дома мама быстро раздела Светку и уложила спать. Она сразу уснула. А на утро глаз был здоров и совсем не болел. Теперь Светка знала, что если ветер снова надует ей в глаза песка не надо его натирать. Надо просто перетерпеть.
КОНЕЦ.