Корби еще раз взглянул на клочок, положил на место и, вновь наклонившись над альбомом, принялся читать написанные от руки абзацы и машинописные вклейки на той же странице. Уолтер заметил, что речь тут идет о Дженсене и Кроссе. К делу Киммель это не имело никакого отношения. А жаль, подумалось Уолтеру, лучше бы имело.
— Это всякие заметки о… о друзьях, которые друг другу не пара, — пояснил Уолтер. — Что-то в этом роде. Вероятно, я выдрал сообщение, рассчитывая, что позже обнаружат убийцу. А потом имя просто выпало у меня из головы. Меня интересовала связь между убийцей и жертвой. Но ничего из этого не получилось, поэтому я, видимо, и забыл. Поразительное совпадение. Если б… — Он вдруг потерял мысль.
Корби смотрел на него проницательным взглядом, хотя лицо его все еще хранило следы удивления, смотрел так, словно ждал — вот-вот Уолтер сболтнет нечто такое, что выдаст его с головой. На губах у Корби играла улыбка.
— Интересно знать, о чем вы думали в ту минуту, когда выдирали эту заметку.
— Я же вам говорил. Меня занимало, кем окажется убийца — в конечном счете. Так же, как…
Он хотел сказать, что в очерке о Майке и Чаде использовал вырезку об убийстве, которое произошло на почве неравной дружбы, но сообразил, что уже давно выбросил вырезку.
— Меня интересовала возможная связь между убийцей и Хелен Киммель.
Уолтер заметил, что Корби насторожился при слове «Хелен».
— Продолжайте, — сказал Корби.
— Мне нечего больше добавить.
Уолтер всерьез прикидывал вероятность того, что кто-то подбросил газетную заметку о Киммель к нему в альбом. Однако заметка была та самая, что он вырвал собственноручно. Он даже узнал линию отрыва. И сразу вспомнил: когда бросил бумажку в корзину, она упала на пол. Ему было лень поднимать, и после ее нашла Клавдия.
— А знаете, я ведь выбросил… — начал он и замолк, не договорив.
— Что?
Уолтер раздумал сознаваться в том, что вспомнил об этой заметке довольно много. Черт бы побрал Клавдию с ее педантичностью, которую в нее Клара вдолбила.
— Так, это не важно.
— А вдруг важно? — закинул удочку Корби.
— Нет.
— Вы встречались с Киммелем, говорили с ним?
— Нет, — ответил Уолтер и тут же пожалел. Его раздирали взаимоисключающие желания: выложить Корби всю правду с начала до конца — и скрыть от него о Киммеле как можно больше. Но что, если завтра Киммель все расскажет? Уолтер чувствовал, что увяз в какой-то хитрой игре, что к нему медленно подвели сеть, разом набросили и теперь он опутан ею по рукам и ногам.
— Вы ведь одержимы этим делом Киммель, верно? — спросил он.
— Одержим? — рассмеялся Корби. — Да у меня сейчас, по меньшей мере, с полдюжины дел об убийстве!
— Но в том, что касается меня, вы, похоже, прямо-таки зациклились на деле Киммель, — выпалил Уолтер.
— Пожалуй. Можно сказать, что сходство двух этих дел заставило возобновить следствие по делу Киммель. Полиция Ньюарка списала его как убийство, совершенное неизвестным лицом или лицами, как нападение маньяка — и поэтому безнадежное. Но вы подсказали нам, как оно могло быть осуществлено. — Корби помолчал, давая Уолтеру время усвоить сказанное. — У Киммеля не самое крепкое алиби. Никто не видел его в момент убийства. Вам не приходило в голову, когда вы вырвали эту заметку или позже, что Киммель имел возможность убить жену?
— Нет, насколько помню, не приходило. В газете писали, что он…
Уолтер прикусил язык: в той заметке, которая попалась на глаза Корби, не упоминалось про алиби Киммеля.
— Стало быть, просто совпадение?
Уолтер угрюмо промолчал. Его раздражало, что иной раз он не может понять, когда Корби издевается, а когда нет.
— Не возражаете, если я это возьму? — спросил Корби, забирая выдирку из альбома.
— Конечно, нет.
Корби спрятал клочок газеты в бумажник, закрыл бумажник и вернул во внутренний карман. Интересно, что Корби собирается делать с заметкой — предъявить Киммелю?
— Возможно, вы вскоре найдете в газетах любопытные новости о Мельхиоре Киммеле, — заметил Корби с усмешкой, — но я искренне надеюсь, что мне больше не понадобится тревожить вас — таким образом.
Уолтер не поверил ни единому его слову. Он не сомневался: сообщение о том, что у него имелась вырезка с заметкой об убийстве Киммель, тоже попадет в газеты. Он проводил Корби из комнаты.
Забирая со стула пальто и шляпу, Корби задрал свою узкую голову: