Но не у всех хватает стойкости, чтобы терпеть такое положение вещей. Часто мужики превращаются в тряпку, и этому вы, кстати, женщины, способствуете! А ещё чаще мы превращаемся в конченых гандонов.
Я готов сколько угодно размышлять, лишь бы ничего не делать. Так поступил и в этот раз. Просто начал гонять мысли на темы, которые окружали меня. Я часто ловил себя на мысли, что именно узость моих проблем – корень зла.
Почему я такой трус, что не забью на жену, на сына, не пошлю их к чёртовой матери и не попробую начать какую-то другую жизнь? Так иногда хочется новых впечатлений – шизануться можно.
Лежать на курортном пляже где-нибудь даже не важно где, только не тут. Загорать, трогать загоревшую задницу подруги, которая только и делает, что намекает вернуться обратно в номер и заняться делом. Внешне лениво понять её намёк, увести в номер и завалить на кровать, наблюдая загоревшую полностью грудь. И цвет её груди почти такой же яркий, как цвет её сосочков. И чтобы их нащупать, придётся даже немного постараться. Видеть её нескрываемый оргазм, с чувством гордого собой самца кончить самому, а затем немного отодвинуть в сторону и лечь рядом.
Всё это рисуется так безупречно и красиво, что выглядит даже идеальнее картинки голливудского фильма. Но далеко не всем это доступно. Каково это с моральной точки зрения – тоже чёрт его поймёт. Но осознание собственной скудости впечатлений от жизни тяготит чем дальше, тем больше. И выхода из этого тупика часто не видать.
В состоянии оторванности от реальности, я дохожу до дома, разуваюсь в прихожей и включаю компьютер.
Есть время, чтобы поработать над своей книгой, но я запускаю браузер, захожу в соцсеть и с лёгкостью, бегло стучу на клавиатуре: «Привет. Как дела?». И снова задумываюсь. Из задумчивости меня выводит лёгкое мерцание, на которое я перевожу взгляд: «Елена набирает сообщение».
Глава 2. «Если кофе – то чёрный. Если женщина – то брюнетка.». Часть 1-4
Вскоре на мониторе появилось и само сообщение: «Как дела? Как продвигается книга? Что нового происходит в жизни?». Я наблюдаю за этими банальными, но искренне заданными вопросами и понимаю, что ничего развёрнутого в ответ написать не могу: не потому, что совсем скуден словарный запас или я внезапно растерялся, струсил, не ожидал…
Всё дело в том, что никакой искренности я не чувствовал. Апатия, быстрая утомляемость и раздражительность, которые сопровождали меня постоянно, словно стеной стояли между мной и собеседником. Особенно тяжко общаться с людьми, которые в жизни состоялись. Ну, что я считал за «состоялись»? нормальная зарплата, уважительное к себе отношение – прежде всего вот это. А ещё я по-детски наивно способен ещё восхищаться людьми, которые не кичатся своим стабильным или хорошим положением, а общаются на равных.
Но даже и не это являлось главным предметом зависти с моей стороны. Глядя на молодые, да пусть даже не прямо какие молодые пары, я не перестаю завидовать тем из них, которые не мурыжат друг друга своими загонами. Недавно как-то видел пару, где муж капнул на себя в супермаркете чуть-чуть кофе, так жена просто достала из сумочки салфетку и вытерла ему куртку.
И тут разговор совсем не про то, что, мол, «баба – вот твоё место!». С её стороны это был жест небольшой, но искренней помощи. И в глазах того мужика я прочитал всего одно слово: «Спасибо!».
Другой случай и тоже в магазине: муж взял в числе прочих товаров три банки пива. Жена увидела пиво и сказала: «Может, сегодня без пива?». Она сказала это спокойно, без всякого наезда. Да и дядька на пропойцу не похож. Он кивнул, вернулся к прилавку с алкоголем, выставил туда из корзины пиво, и они продолжили свой, так сказать, шоппинг.
Было ли что дальше в каждой из этих ситуаций – тоже большой вопрос. Но рассмотренные самостоятельно, эти ситуации наталкивают на самые разные мысли по поводу счастья в семье, счастья в любви и счастья как такового. Я с каждым годом всё больше приходил к мысли, что счастье у нищеброда – штука недостижимая.
Всё это сильно меня терзало. Вернее, бессильно, потому что сподвижек был минимум. Утром я откладывал дела на «чуть позже», «сначала проверю почту». Вы использовали когда-нибудь такую отмазу, чтобы оправдаться перед самим собой?