Глава 10. Сбор
– Господа, – начал Бурелом, с трудом впихнув толстый зад между ручек деревянного кресла. – Я пригласил вас с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие. К нам едет Батискаф.
Лайм в нерешительности уставился на медведя, и я мягко подтолкнул его в спину, приглашая занять место за двумя составленными столами. Кафе на открытом воздухе – неплохая альтернатива собранию в душных подвалах, тем более что солнце уже начинало припекать и навес из зеленых насаждений оказался очень даже кстати. Интересно, это бото-лиана такая? Или игра считывает показатели настоящего растения прямиком из Москвы и я наблюдаю воплощение НПС в растительном мире?
Шанталь завидела меня, замахала рукой в приветствии. Я благодарственно похлопал себя по животу, снял куртку, остался в подарочном свитере. Надеюсь, остальные не поймут, что я мерзляк еще тот. Девушке в ее майке было вполне комфортно, и Бурелом разглядывал ее с поистине медвежьим аппетитом. Наверняка он, как долгий и упорный фанат Версианы, знал о Шанталь все что можно. Или даже чего нельзя.
Мы с Лаймом уселись рядом на два свободных стула. Джек и Меркуцио озабоченно переглядывались, а стример вдобавок что-то мониторил в своем сотовом. Похоже, что телефоны у всех были разные. Неужели звонить могу только я один?
– Познакомьтесь, это Лайм, – сказал я. – Лайм, это Джек, Бурелом, Меркуцио и Шанталь. Все они в реале являются точными копиями того, какими ты их видишь. Бурелом в особенности.
Медведь загоготал, вздернув нос. Ему на ноздрю упала лиана, и он дернул башкой, смахивая ее.
– Для опоздавших коротко подобью итоги, – произнес Джек, толкая нам бутылки с колой. – Примерно полчаса назад все мы получили сообщение от Камиллы. Она рассказала про Батискаф и невозможность выйти из игры. У нас проблема – общая, на всех и каждого. Решать тоже давайте вместе.
– Ты прав, – согласился я, наливая колу в стакан. – Мне играть что-то расхотелось. Расскажите про Батискаф, мне и Лайму тоже. Мы с ним оба тут новички.
– Это хрень, которой не должно было быть! – рявкнул медведь.
– Тише, Бурелом, – спокойно попросил Меркуцио. – Пусть Джек расскажет. Он не просто гамал в игру на раннем доступе, а изучал. Да и рот у него поменьше, не такой громкий.
– Благодарю. – Джек придвинулся к столу. – Говорю то, что знаю. Когда «Сиана» разрабатывала свой проект, то поднимался вопрос о внедрении режима сложности, на котором игрок рискует жизнью. Видимо, вцепились в те три процента угрозы и начали развивать идею. Должен признать, оно не лишено смысла. Вот создаете вы симулятор реального мира с полным погружением. Преуспели на своем пути. Дальше что – просто бегать в нем и беспределить, ничем не рискуя? Нет уж, раз симулировать, то по полной. Версиана началась не с идеи игры, а именно с идеи симуляции – ясен пень, что в этом вопросе пошли до конца. И так появился Батискаф. Виртуальный кусок мира, который обрабатывает любой входящий в него аккаунт и шлет команду, которую не способна сгенерировать вся остальная симуляция.
– Множественный сигнал через нейроинтерфейс, – растолковал Меркуцио. – Прямо через костюм, на шейный отдел позвоночника. Одна строка кода рушит связь головного мозга с телом. Второй приказывает сердцу остановиться. Третий советует легким схлопнуться. Список длинный. В его конце – удар током на всю мощь костюма.
– Верно, – подтвердил Джек. – На самых ранних, еще закрытых тестах Батискаф прикрутили к Версиане и ввели продуманный перечень условий, при которых игрок туда попадает. В отличие от сигнала перечень был коротким. Это смерть персонажа в игровом мире.
– Элементарно! – Бурелом попытался присвистнуть, но получился звук, сделавший бы честь новой волне дабстепа. – Помер в Версиане – изволь помереть в Москве. Только и дураку понятно, что комнату смерти из игры выпилили еще перед запуском альфы. Ни один из живых игроков в ней ни разу не был. Она так и осталась в легендах. Не знаю даже, на ком ее могли тестировать.
– Батискаф не легенда, – вздохнул Джек. – Я видел листинг кода этой комнаты. Давно, когда о Версиане и не писали еще. Он свободно распространялся в игровых журналах, даже физики его разбирали. Код был простой и короткий, без лишних деталей, как и любое оружие.
– Часть пиара, – уверенно сказал Меркуцио. – Твой листинг не имеет отношения к тому, как в результате был запрограммирован Батискаф.
– Неважно, был ли конкретно тот код настоящим. Конечно, не был, но он правдоподобно выглядел. Я прочитал и убедился: вполне реально заставить сиано-костюм убить игрока.