Она не говорила «шести».
Она сказала «пяти».
Полный текст вступления приветствовал меня как одного из пяти игроков, которым дана возможность провести в Версиане сутки до запуска игры.
Камиллу переозвучили. Грубо и наскоро, в последний момент, вклинивая новое слово поверх готового ролика, скрывая новое число игроков встроенным фильтром. И в таком виде показали презентацию мне – и, вероятно, всем остальным.
Нас не должно было быть в Версиане в количестве шести человек. Конкурс был рассчитан на пятерых.
Один лишний.
Глава 12. Клиентка
– Повторить? – прозвучал голос официантки над ухом.
Я вздрогнул, покачал головой. Бросил на стол деньги и покинул заведение. Новому приступу паранойи я уже не сопротивлялся.
Кругом враги. Почти смешное выражение, неожиданно ставшее актуальным. В этом городе никому нельзя верить. До текущего момента я не брал в расчет угрозу, потому что понимал: я здесь не один. Нас маленькая кучка, группа единомышленников, и пусть все мы очень разные – проблема у нас общая.
Теперь же оказалось, что среди нас есть некто, пробравшийся в Версиану в обход конкурса. И это компрометировало всю команду. Более того, этот человек сейчас со мной в буквальном смысле во внутриигровой группе, видит мое местоположение, знает мои ходы, возможно, наперед.
Но ко мне в голову пока никто влезть не может. Так что отныне я сам по себе.
Я осмотрел улицу, поправил подаренный девушкой свитер. Свыкся с ним как со своим. Не было ли это с ее стороны попыткой войти в доверие? Как и забота Джека, помощь от Меркуцио, внезапное спасение Буреломом от наркомана с пистолетом и пофигизм Лайма.
Получается, я у каждого из компании могу найти заморочки, под которые легко подбить обвинение. И впрямь кругом враги. И самый главный – я сам. Если начну противопоставлять себя остальной команде без разбора – не выберусь.
Шагая по цифровому тротуару, я обдумывал варианты. Можно, конечно, смириться со своим статусом полного нуба и ничего не делать. Остальные разрулят ситуацию и протащат меня с собой. Я же буду молчать о том, что разнюхал, и постараюсь не отсвечивать. В конце концов, если все заняты решением вопроса, как отсюда выйти, то с чего я решил, будто способен разобраться с этой проблемой за всех? Мое дело маленькое – бежать со всеми и слушаться опытных, а там либо вместе выбираться, либо вместе погибать.
И подобный вариант, как самый разумный, мне решительно не нравился.
Вариант номер два: закрыть глазки ручками. Нет, честно, во многих случаях помогает. Я знаю, что среди нас шпион. С чего я решил, что именно он ответственен за наличие в этой игре Батискафа? Предположим навскидку, что это Лайм. Предположим даже, что я это выяснил наверняка. Что с того? Влез человек в игру через какой-нибудь баг, а теперь сам не рад, что не может выбраться. В конце концов, если плывешь на корабле и внезапно узнаёшь по громкой связи от капитана, что корабль заминирован, – это еще не повод подозревать теоретического пассажира, пробравшегося зайцем, что именно он ответственен за бомбу.
Получается, даже прямое мошенничество с доступом в Версиану еще не значит, что тот же негодяй всунул в игру Батискаф и мешает выйти всем остальным.
От этой мысли мне стало еще тошнотней. Ну, найду я лишнего. Ну, окажется, что он в самом деле существует, и непонятка в речи Камиллы – не просто баг. Дальше-то что? Заковывать негодяя в цифровые наручники и сдавать всем остальным – пусть тоже заразятся манией преследования?
У меня нет никаких оснований в этой игре мешать играть другим. Это противоречит глобальной концепции Версианы – если я ее ощутил как следует.
К слову о багах – наиболее вероятным кандидатом на несанкционированное вхождение в игру является как раз Бурелом. Игрок, который натурально спалился в эксплойтах сиано-костюма, раз сумел заставить игру признать его за медведя и предоставить полную физическую модель бурого хищника.
Я перешел улицу на зеленый, держась толпы, стараясь не смотреть в глаза никому из проходящих НПС. Вдохнул аромат гари от ближайшего грузовика. Посмотрел на полуспущенное колесо у дряхлой машины. Послушал писк подгоняющего светофора. Уступил место велосипедисту.
И пришел к выводу, что мозговая активность при отсутствии данных никак, ну совершенно никак не помогает решать вопросы! Башку себе сломаю, но так ничего и не решу, коли буду и дальше бегать в трех соснах. Даже в тридцати трех. Тут нужен лес с тропинками или хотя бы с маяком вдали, пусть даже его роль сыграет пламя. Даже лесной пожар задает направление движения. Потому что конкретика, все тут четко и понятно. А абстрактная мысль о случайном браконьере поблизости – пустая стрессовая информация, которая лишь убьет время и здоровье.