— Что-то мне подсказывает, что просить и не придётся, — хмыкнул Ксенобайт и покровительственно забрал выбранный холст. — Идём, здесь холодно.
Станция «1024 километр». Старая мельница недалеко от озера Гиблое. 7 января. 09:41 реального времени.
— Чем ровнее отшлифовано, тем равномернее ляжет краска, — Минус щурилась, плавно водя кистью. — Брандашмыг, птица Тум-Тум… Ты был прав, в этом что-то есть. Но кто?
— Точно не Бармаглот и не один из персонажей, — Ксенобайт лениво перебирал рыжие пряди, то и дело принюхиваясь в попытке разобрать неуловимый запах. — Как ты можешь рисовать их?
— Мне тоже не очень уютно, но этот слой надо закончить, — поморщилась девушка. — Потом я буду рисовать тебя… Может, правда вирмы? Или Синяя Гусеница?
— Брандашмыги не разговаривают, а Гусеница грозится запихнуть свой кальян тебе в глотку. Не Гусеница, нет. Да и вирмы — маловероятно, они появились позже. Меня? Нарисуй себя, — запах напоминал что-то среднее между озоном и плавящейся канифолью. И Ксенобайта убивали собственные ассоциации, но рядом с Минус мир становился полон оксюморонов и парадоксов.
— Всего через несколько недель после запуска. Но ты прав, вряд ли это они. Может, кто-то из песни-заставки?
— Они идут парами: Брандашмыг и Бармаглот, Снарк и Буджум, лев и дракон. Это тоже не то. К тому же, в песне ни слова про птицу Тум-Тум. Ложный след, — программист уткнулся носом в пушистый затылок и изо всех сил потянул носом. — Что общего у канифоли и озона?
— Что общего у ворона и конторки? — Минус чуть откинулась назад. — Наверное, твоя фантазия. Я уверена, ты разгадаешь эту загадку.
— Голос устриц и сладок и лжив, — усмехнулся Ксенобайт. — Ты похожа на устрицу, ты знаешь? Нужно приложить кучу усилий чтобы разжать эти створки, но под ними…
— Под ними куча липкой дряни, ни на что не годной без лимонного сока, — фыркнула Минус, откладывая холст. — Раньше ты говорил мне, что я похожа на болотного вирма.
— М-м. На него тоже, — программист жмурился. — Болотные вирмы похожи на устриц? Может, нужно послушать, что они визжат?
— Они визжат последнюю строчку заставки наоборот, — Минус чуть подёргивала кончиками пальцев; кажется, это выходило у неё непроизвольно. — Я записала как-то раз. Ложный след. И они ни капли не похожи на устриц, разве что тоже живут колониями. А вот Раковина Желаний вполне могла бы сойти за устрицу.
— Она не говорила, ложный след, — Ксенобайт понюхал поднятую с пола кисточку. Поморщился: пахло соляркой. — Что лежало в Раковине Желаний? Чёрная жемчужина? Я как-то пытался вытащить, но она не поддавалась.
— По легенде, шахматная пешка. Раковина поглотила пешку из верхнего мира до самой головки и приобрела способность исполнять желания. Если шахмат ты пешку в ладони зажмёшь…
— Думаешь, в Зазеркалье есть ещё одно Зазеркалье?
— В Зазеркалье, если ты не заметил, нет ни одного зеркала, — вздохнула Минус. — Иначе, поверь, я уже не раз попыталась бы полететь по спирали… Ложный след.
— Должен быть третий, — Ксенобайт аккуратно собрал чужие волосы в хвост, перемотал лентой. — Я чувствую это, понимаешь? Должен быть третий.
— Я верю, верю, — Минус кивнула, дождавшись, когда парень закончит. — Почему не Бармаглот? А, точно, ты видел скрипт. Птица и Брандашмыг есть в оригинале, так что шаракалы тоже отметаются, как и чёрные дракосусы. Ни Снарка, ни Буджума там пока нет. Никогда, никогда ты безумцам не верь… Может, стоит поговорить со Шляпником? Нужно знать, как смотреть и как слушать. Что он говорит вообще? Я не совалась к нему со времён двадцатого уровня: сначала надо было лезть в ров, а потом за склянками бегала Лёня.
— «Булавкой в глаз!» и поёт «Светит звёздочка с небес». Иногда спрашивает про ворона и конторку. У него просто набор фраз, а не анализатор, поболтать с ним не удастся. Ложный след.
— Или нужно ответить на его вопрос, и он что-нибудь скажет. Как наш Заяц, — предположила Минус.
— Ладно, примем за возможную версию, — кивнул программист. — Но мы зациклились на песне, хоть уже и сказали, что она совершенно ни причём. Может, в ней зашифровано что-то, но эту загадку мы придержим до следующей пакости. Сначала найдём третьего.
— А вдруг это фламинго в саду или вообще ежи? — Минус чуть дёрнула плечом, и кисть рванулась в её руках, создав в ровных волосах пока что безликого рисунка задорный вихор. — Зачем нам дрессированные ежи?