Подъев всю пищу до последней крошки, щенки почувствовали достаточный прилив сил, чтобы пройти еще некоторое расстояние.
«Будем идти до тех пор, пока не начнет темнеть, — решил Мо. — А потом устроимся на ночлег.»
Удивительно, как сильно может полный желудок изменить течение мыслей.
«Это хороший план», — сказала Долли.
Никто не позаботился взглянуть на небо. Никто не заметил мрачные тучи, которые уже собирались над их головами…
Мистер Ньютон, с ног до головы покрытый каламиновой мазью, напоминал розовое привидение. К несчастью, полковник Хаппер не особо обращал внимание на срок хранения медикаментов, содержащихся в его аптечке, и потому мазь действовала куда слабее, чем предполагалось. Так что у Джорджа Ньютона страшно чесались руки, ноги и лицо. Он с трудом удерживался от того, чтобы почесать зудящие места — полковник Хаппер предупредил, что от этого будет чесаться только сильнее.
— Я не буду чесаться. Я не буду чесаться. Я не буду чесаться, — твердил Джордж сквозь стиснутые зубы. — Я не буду чесаться!
Остальное семейство собралось у окна в гостиной в доме полковника Хаппера. Они смотрели, как с темного неба льет сильный дождь. Каждые несколько секунд небо перечеркивал зигзаг молнии, а следом доносился оглушительный раскат грома.
— Поверить не могу, что наши щенки сидят сейчас где-то под открытым небом, — прошептала Райс. — Должно быть, им мокро и холодно.
— И голодно, — добавил Тэд.
— Бедняжки… — горестно сказала Эмили.
— Я не буду чесаться, — пробормотал мистер Ньютон.
— Я уверена, что с ними будет все в порядке, — произнесла миссис Ньютон, однако сама она отнюдь не разделяла уверенности, прозвучавшей в ее словах.
— Сенбернары — сильные и выносливые собаки, — прогудел полковник. — Они знают, как согреться и обсохнуть, как искать убежище от непогоды.
— Я надеюсь на это, — кивнула Эмили.
Миссис Ньютон отвернулась от окна и бросила взгляд на мужа.
— Джордж! — в ужасе ахнула она. — Ты чешешься!
— Я ничего не могу с этим поделать! — Джордж Ньютон закрыл глаза и продолжал яростно скрестись. Казалось, этот ужасный день никогда не кончится.
Когда небеса разверзлись и начался ливень, все четверо щенков разом проснулись. В несколько секунд их шерсть промокла, и они начали дрожать от холода и страха. Блеск молний и раскаты грома пугали их.
«О нет! — воскликнул Чайковский. — Что нам теперь делать?»
«Мы должны найти укрытие», — ответил Мо.
Тропинка, по которой они шли сегодня днем, быстро превращалась в русло стремительного потока дождевой воды.
«Нам нужно выбраться на высокое место, — сказал Мо. — Следуйте за мной.»
Разбрызгивая прибывающую воду, щенок принялся карабкаться на холм, оскальзываясь на раскисшей почве. Остальные полезли за ним, и вскоре все четверо очутились в каменистой расселине с подветренной стороны холма. Однако настырный дождь продолжал поливать их сверху.
«Это плохо», — пролаяла Чубби.
«Мне хотелось бы еще поспать», — заявил Чайковский.
«Нам всем хотелось бы еще поспать», — отозвалась Долли.
Мо осторожно шагнул в темноту, обследуя склон холма.
«Мне кажется, там есть пещера.»
«Пойдемте! — воскликнула Чубби. — Там, наверное, сухо.»
«Ладно», — согласился Мо и повел всю стаю к пещере.
Внутри было темно, но сухо. Судя по всему, пещера была пуста, хотя Мо уловил какой-то странный, незнакомый запах. Четверо щенков ступили под каменные своды и начали принюхиваться. Однако никто не мог сказать, чем же это пахнет.
«Что это такое?» — спросил Чайковский.
«Я не знаю», — ответил Мо.
«Что ж, зато я знаю кое-что», — заявила Чубби.
«И что же?» — поинтересовалась Долли.
«Что бы это ни было, это несъедобно.» — Обнародовав этот вывод, Чубби нашла себе уголок поуютнее, легла, свернулась калачиком и заснула. Вскоре остальные трое щенков присоединились к ней. Они спали так крепко, как будто их не тревожило ничто на свете.
Первое, что отметил Мо, проснувшись на следующее утро — это тот факт, что странный запах стал сильнее. Поднявшись на ноги, щенок встряхнулся и огляделся по сторонам. Пещера тянулась дальше в глубь холма, и Мо почти ничего не видел в ее сумрачных глубинах. Зато кое-что слышал…
Из глубины пещеры донеслось низкое горловое рычание. Затем вдруг темнота, царившая в пещере, казалось, зашевелилась. Рычание становилось все громче и громче, пока наконец прямо перед Мо не возникла злобная морда черного медведя. Зверь был ростом в два с половиной метра, на лапах красовались огромные длинные когти. Медведь рычал, обнажая полный набор здоровенных бритвенно-острых зубов.