"Я еще доберусь до него!" - кипятился Джокер.
Сейчас он был совсем не смешон.
А за огромным, больше человеческого роста, окном просыпался город.
Когда Вики поняла, что пришла пора прощаться, внутри у нее что-то сладко сжалось - ей не хотелось уходить отсюда, как просыпаться после приятного доброго сна.
Почему все хорошее заканчивается так быстро? Дорого бы она дала за то, чтобы продлить эту встречу.
Странное дело - только вчера Вейн был ей никем, тревожащим и загадочным чудаком. Теперь же ей казалось, что они знали друг друга всю жизнь - верный признак начинающейся любви.
Вейн сидел на коротком диванчике, который можно было принять за кресло.
То, что девушка осталась у него на ночь, обоим показалось чем-то вполне естественным: скорее можно было бы удивиться, если бы это не произошло.
- У меня есть идея! - объявила Вики, потягиваясь. - Давай пойдем ко мне и посмотрим фотографии.
Брюс кивнул и улыбнулся немного рассеянной улыбкой. Как бы хотелось ему, забыв обо всем, прямо пойти с ней... Домой, дальше, далеко-далеко...
- Хорошо, конечно, - ответил он, заглядывая в блокнот - и вдруг его лицо омрачилось. "Имеешь ли ты право обманывать ее? - спросил он себя. Без правды нашим отношениям цена будет - ноль, но правда ведь невозможна... Во всяком случае, пока". Со стороны казалось, что он просто вычитал в блокноте неприятную запись. - Подожди минуточку, - нахмурился он. "Так что ответить? Нет, лучше не надо... Бедная Вики!" - Не могу. Не могу...
Вики вздохнула. Вот, так всегда... Ну почему она не может ни с кем встречаться по-человечески?
Что теперь - притворяться, что не было вчерашнего дня, и все забыть? Она знала уже, что не согласится на это ни за какие сокровища мира. Слишком редко встречались ей на жизненном пути такие люди, как Брюс.
- Ну, хорошо, - с надеждой предложила она, - тогда потом, попозже?
Что-то подсказывало ей, что ответ Брюса будет отрицательным. По опыту она уже знала, как звучат прощания.
"Нет, нет... зачем? Почему?" - билось в ее душе.
- Нет, не могу, - сник Брюс. - У меня... очень важная встреча...
"Он не хочет прощаться навсегда, - поняла вдруг она. - Тогда почему же идет на это? Стоп... Похоже, здесь скрыта какая-то загадка! Пусть он потребует расстаться - а я не пойду на это!"
- Что с тобой... милый? - осторожно спросила она. "Конечно... Его явно что-то угнетает! Как бы я хотела понять его и помочь..."
- Ничего, - глухо отозвался он.
Пожалуй, Вейн не ожидал и сам, что прощание окажется столь тягостным. "Уж не делаю ли я ошибку?" - мучительно гадал он. Что он мог ответить?
- Правда? - недоверчиво повторила Вики.
Брюс вздохнул. Обманывать Вики ему не хотелось, но выбора не было.
- Мне надо уехать из города на несколько дней, - подумав, сообщил он.
"Именно так... За эти несколько дней я разберусь, что к чему, и все, быть может, еще наладится. Мне просто надо подумать, в том числе и о ней..."
То, что Брюс повеселел, приняв какое-то решение, не осталось незамеченным Вики.
"Значит - не навсегда!" - радостно встрепенулось сердце.
- Ладно, когда вернешься... - мягко согласилась она, прикрывая полуопущенными ресницами вспыхнувшую в глазах радость.
- Хорошо, - улыбнулся и Брюс.
"Он - замечательный человек" - в сотый раз подумала Вики.
- Мне пора бежать, - сообщила она, слегка сощурившись. - Я опаздываю...
"Спасибо", - ответил ей взглядом Вейн.
- Ну, пока!
- Пока!
Даже старинные лестницы утром показались ей менее мрачными. Она легко сбежала по ступеням и встретила у самого выхода немного сонного Альфреда.
- С добрым утром! - кивнула ему Вики.
- Рад видеть вас, моя мэм, - улыбнулся старик. Появление девушки утром заставило его на какую-то секунду застыть.
Такого на его памяти еще не было. Порой равнодушие Вейна к женскому полу начинало даже тревожить старика: разве это дело, если мужчина к тридцати годам не нашел себе подружку? Все понятно: и жизненные планы, мешающие порядочной семье, и пережитое в детстве потрясение - но нельзя же так...
И вот появилась Вики. Альфред смотрел на нее и не верил себе. Вот значит, какая она - его девушка.
- Думаю, мы еще увидимся, когда вы вернетесь, - сказала ему Вики.
- Когда мы вернемся? - переспросил Альфред. - Но мы никуда не собираемся...
- Да? - проговорила совсем сбитая с толку Вики. - Ну, до свидания.
Вики выбежала из дома.
"Дай Бог, чтобы у них все получилось", - ласково посмотрел ей вслед старик.
"Зачем ему понадобился этот спектакль с клоунской маской?" - думала Анни, выходя навстречу Джеку. Ей очень хотелось знать, чем закончилась его встреча с Гриссемом - как обычно при мужском разговоре, она была вынуждена уйти, и теперь сгорала от любопытства.
Во всяком случае, ее любовник остался жив - и это уже утешало.
Джек снова сидел в "президентском" кресле. Теперь на нем был его традиционный сиреневый пиджак, так резко отличавший его от прочих гангстеров.
- Дорогая, - заговорил он, разворачиваясь ей навстречу, - ты никогда не поверишь в то, что со мной случилось!
При виде его лица Анни вскрикнула и рухнула на пол.
Только сейчас она поняла, что на Джеке НЕ БЫЛО маски...
Как ни странно, ее реакция показалась ему естественной и даже вызвала определенную гордость.
Он всегда хотел обладать тем, чего не было больше ни у кого. Теперь его желание, пусть в несколько неожиданной форме, осуществилось, и он уже начал привыкать к производимому его внешностью эффекту.
"Это вам не крылья нацепить!" - гордо думал Джокер, разглядывая лишившуюся сознания молодую женщину.
На собрание явились все. Даже недовольные. Одно только не устраивало Джокера: в глазах гангстеров было больше недоумения, чем уважения, когда он встал с председательского кресла и объявил:
- Да, господа, дело обстоит именно так: пока Гриссем не выплывет на поверхность, я исполняю обязанности президента нашего синдиката. - Он обвел всех присутствующих грозным испытующим взглядом. Пока никто не торопился выказать свое недовольство по поводу его решения, во всяком случае, открыто. - И я считаю, - продолжил Джокер, - что, начиная с этого праздника, мы сровняем этот город с землей!
Последняя фраза вызвала в гангстерском сообществе некоторое замешательство. Большинство были уверены, что это заявление - не что иное, как метафора. Есть ли смысл ровнять с землей город и без того давным-давно отдавшийся на милость победителя?
Готэм принадлежал им, спокойно давая раздевать себя до нитки и запугивать - чего еще не хватало этому Непьюру? Разве что припугнуть нового прокурора - в этом плане его заявление еще имело какой-то смысл.
Впрочем, так думали не все. По крайней мере, двое - толстый Хелди и худощавый Тодди переглянулись между собой и напряглись. Они знали задатки Непьюра и поэтому угадывали, что тот мог захотеть уничтожить город в буквальном смысле - в нем всегда чувствовалась болезненная тяга к Геростратовой славе.
"Что задумал этот сумасшедший?" - думал Хелди, глядя на густые брови Тодди.
"Боюсь, Джокер совсем сдвинулся... И кто это позволил ему исполнять обязанности Гриссема?" - телепатировал в ответ Тодди.
Джек усмехался.
- А почему Гриссем сам этого не сказал? - не выдержал Тодди.
Джокер хмыкнул.
- Да, - поддержал его толстяк Хелди, - и что значит эта твоя дурацкая усмешка?
- Жизнь была "добра" ко мне, - слегка паясничая, развел руками Непьюр.
Итак, двое противников ясны... Что ж, он проучит сейчас одного остальным сразу станет неповадно.
И снова почти всех одновременно посетила одна и та же мысль: "Что это за клоунада?"
Тодди не выдержал первым. Его прямые лохматые брови приподнялись вверх, глаза прищурились...
- А что, если мы скажем - "нет"? - спросил он, в упор глядя на Джокера.
"Ну-ну", - усмехнулся тот про себя.
Два взгляда встретились, но гром при этом не раздался, и молния не ударила.