Брюс заметил, что на столе перед Фоксом новый прибор.
– Эта штука работает?
Фокс пожал плечами.
– Пока не знаю. Это опытный образец, я как раз собирался поэкспериментировать. Посмотрим, что получится.
Брюс усмехнулся.
– Если эта штука научит меня орудовать клюшкой для гольфа, сообщи сразу.
Фокс поднял бровь.
– У нас уже есть верный способ.
Брюс уставился на него с немым вопросом.
– Надо просто играть в открытую, мистер Уэйн. С честными людьми.
Выходя из лаборатории, Брюс улыбался.
Глава восемнадцатая
Два дня Антон лежал в отделении реанимации и интенсивной терапии Готэмской больницы среди оборудования, проводов, капельниц и трубок, каждую секунду борясь за свою жизнь. Все это время он находился под постоянной охраной.
На вторую ночь, после перевода в отдельную палату, врач разрешил Аллену и Монтойе поговорить с молодым вором.
– Но только пятнадцать минут, – строго предупредил рано лысеющий врач с кустистыми бровями. – Его доставили к нам в очень плохом состоянии, он до сих пор еще слишком слаб. Если бы не быстрота Бэтмена, этого молодого человека уже не было бы в живых. – И он задумчиво покачал головой. – Бэтмен! Сам не верю, что произношу это имя. Я думал, что его вообще не существует.
– Вы его видели? – живо спросила Монтойя.
– Если бы! Мне бы на месяц хватило воспоминаний. Нет, его видели только сотрудники приемного покоя. Они охотно рассказывают о нем всем, кто готов слушать. Твердят, что Бэтмен – настоящий герой. Что он спас этому парню жизнь. И что он очень вежлив.
– Значит, вежлив, – повторила Монтойя, подняв брови.
Врач усмехнулся.
– Так считает моя подруга Мелисса. Она врач «скорой». Бэтмен высокий, в маске, ездит на удивительной машине... И еще он на редкость вежливый человек.
У палаты Антона Монтойя и Аллен предъявили охране карточки детективов и вошли.
Антон лежал под капельницей. Трубки уходили под одеяло, мониторы мигали и подавали негромкие сигналы. Кожа молодого вора по- прежнему была бледной, но уже не пепельной, как до операции. Он смотрел на вошедших ясными глазами.
– Вам уже лучше, – сообщила Монтойя. – Последние дни мы следили за вашим состоянием. Приятно видеть, что вы не похожи больше на труп.
– Кто вы? – голос Антона звучал хрипло и слабо.
Монтойя и Аллен подошли ближе к кровати, чтобы Антон мог видеть их, и представились.
– Вы в состоянии поговорить с нами? – спросила Монтойя.
Антон кивнул.
– Да. А... моя жена и сын? И мама?
– Они в безопасности, под охраной федеральной программы защиты свидетелей. Им известно, что в вас стреляли, что вы поправляетесь и в конце концов вернетесь к ним.
– Откуда мне знать, что вы... честные копы?
Аллен извлек из кармана тонкую золотую цепочку с кулоном в форме кириллической буквы, напоминающей перевернутую V, и положил ее на ладонь Антона.
– Людмила, – произнес он. – Я подарил это ей, когда мы поженились. Откуда у вас?..
– Она дала цепочку Бэтмену, когда он отвез всю семью в безопасное место. Ваша жена решила, что вам понадобятся гарантии.
Антон слабо, почти смущенно улыбнулся, и на миг стал совсем молодым и беспомощным.
– Она умница, моя Люда. И Бэтмен хороший. Почти как вор. Вот только жесткости ему не хватает. Когда-нибудь он за это поплатится.
У Монтойи раскрылись от удивления глаза,
– Сейчас... я расскажу вам все, что знаю, – продолжал Антон. – Вы все равно не сможете защитить меня. Моя жизнь кончена. Но их вы обязаны! Вы сдержите слово?
Монтойя нахмурилась, но кивнула.
– Конечно. И вас защитим.
Антон перевел взгляд на Аллена.
– Вы защитите родных, что бы ни случилось со мной?
Аллен кивнул. Его собеседник вздохнул.
– Что вы хотите узнать?
Антон очень коротко и с трудом изложил самую суть: пятнадцати минут для допроса Рыло слишком мало. О многом из того, что он рассказал, детективы уже знали или догадывались.
Русский занимался всем подряд: от контрабандного ввоза оружия до торговли наркотиками, от вымогательства до отмывания денег. Кроме того, у него имелись связи в деловых кругах Готэма. Антон пообещал позднее сообщить подробности.
Симпатичная и пышногрудая медсестра-негритянка заглянула в палату – это значило, что время беседы на сегодня истекло.
Медсестра сообщила, что врач разрешил продолжить беседу завтра утром. Эти слова она адресовала Аллену, сопроводив их кокетливой улыбкой.
Монтойя и Аллен переглянулись. Жаль было уходить, не выспросив у Антона все подробности, но ничего другого им не оставалось.