Когда денег набирается достаточно, старик кладет змею на землю и освобождает мангуста.
Брюс знает, что такие поединки запрещены законом об охране дикой природы, принятым в 70-х годах и действующим до сих пор. Ему известно также, что этим законом недовольны все заклинатели змей, которые принадлежат к индуистской касте неприкасаемых: закон лишил их возможности добывать средства для пропитания семьи традиционным способом. Брюс замечает, что этот заклинатель оглядывает толпу, высматривая в ней полицейских. Тем временем поединок змеи с мангустом начинается.
При виде грозно поднявшейся и раздувшей капюшон кобры мангуст злобно визжит. Кобра шипит и плюется ядом. Толпа криками подбадривает противников.
Вокруг Брюса бурлит пестрый, как стеклышки калейдоскопа, базар в Старом Дели. Мужчины в самой разнообразной одежде: от строгой западной до живописных нищенских лохмотьев, женщины в сари нестерпимо ярких цветов и нарядных шалях, «святые люди» в золотистых балахонах. Кто-то в европейской обуви, кто-то в шлепанцах или сандалиях. Многие ходят босиком, хотя под ногами полно отбросов.
Шум не умолкает ни на минуту и почти оглушает: торговцы расхваливают свой товар, покупатели торгуются во весь голос, чтобы их услышали, несмотря на рев клаксонов, блеяние коз, крики птиц.
Воздух пропитан запахами: человеческих тел, животных, готовящейся еды, обильно сдобренной специями, дешевого индийского курева, выхлопов миллионов двигателей. Легковушки и грузовики, мотоциклы, мотороллеры и мопеды, велосипеды, авто- и велорикши лавируют по узким улочкам.
Священные коровы бродят по базару, как им заблагорассудится.
Брюс – один из немногих иностранцев в толпе.
Он смотрит влево. На расстоянии десяти метров его пухлый и усатый гид, индиец Арман, увлекся разговором с тремя факирами в оранжевых одеждах, сидящими на пороге низкого шатра. Брюс хочет, чтобы эти нищенствующие аскеты-суфии, известные поразительной способностью управлять своим телом, обучили его этому искусству.
Он не обращает внимание на группу молодых людей в шортах и коротких европейских рубашках – местную банду, как объясняет Арман. Эти подозрительные люди следят за Брюсом с тех пор, как он появился на базаре.
Он снова переводит взгляд на кобру и мангуста, которые сплелись в смертельном танце, более столетия назад увековеченном Редьярдом Киплингом. Мангуст делает короткие броски из стороны в сторону. Кобра наносит удары. И промахивается. Мангуст делает новый рывок – соблазняет противника, превращается в заманчивую мишень, побуждает кобру потратить силы на еще один удар. Когда змея выбьется из сил, мангуст вспрыгнет ей на спину, прокусит шею пониже головы и сломает хребет.
Если сам не станет жертвой кобры.
Несколько минут факиры и Арман рядом с ними наблюдают за Брюсом, который следит за поединком. Затем старики встают и уходят в шатер.
Арман подходит к Брюсу в тот момент, когда мангуст отскакивает вбок, вновь увернувшись от кобры. Змея уже устала, она движется медленнее.
– Что бы там ни писал Киплинг, исход борьбы непредсказуем, – мрачно замечает Арман. – Несмотря на все проворство мангуста и его плотный мех, иногда кобра все-таки побеждает. Ее яд невероятно силен...
– Бэтмен, не молчи! – тревожно зазвучал в ухе голос Гордона. – Что там?
Бэтмен заморгал и сел в воде. Крысы уже и след простыл.
– Поскользнулся, – объяснил он. – Просто... хотел перевести дух.
Он поднялся, приставил лестницу к стене и снова полез вверх, тяжело переставляя ноги. Перешагнув через сломанную ступеньку, он добрался до широкого отверстия под потолком туннеля.
Последняя вспышка воспоминаний – или это было предостережение? – оказалась уместной. Как Киплинговский мангуст Рикки-Тикки-Тави, он полез в нору вслед за ядовитой рептилией.
Первый раунд боя закончился ничьей. Но следующий...
Бэтмен помотал головой.
– Сначала О'Фэллон, – прошептал он. – Потом Крок.
Глава двадцать пятая
Бэтмен попал в эллиптический туннель со сводчатым потолком, выложенный кирпичом, высотой не более двух с половиной и шириной около трех метров. Он поводил лучами фонарей и осмотрелся. Ряд кирпичей более светлого оттенка, потемневших от времени и износа, но все равно заметных на фоне остальной кладки, проходил по осевой линии потолка, точно хребет. В этом туннеле Бэтмен никогда не бывал, но понял, где находится.
– Я в заброшенном акведуке Муни, – сообщил он Гордону. – Хотел бы я вернуться сюда и осмотреться, когда у меня не будет галлюцинаций. Сейчас он почти разрушен, а когда-то был удивительным сооружением.