В соседнем мессенджере пришло сообщение от редактора, он волновался, выйдет ли глава в срок, который подходил. Согун успокоил его, пообещав, что «почти всё готово». Наврал, полагаясь на свои способности, ведь рисовал он куда быстрее обычных людей, хотя до Флэша ему далеко.
Вообще Согун и сам до конца не знал своих способностей. Он стал вампиром случайно, по недоразумению и достаточно юным, законсервировав свою свежесть в облике хищника. Помнится, он первое время не верил отражениям, бесконечно рассматривая утончившиеся черты, наполненные даже для него неуловимой притягательностью — вроде выглядел так же, а вроде изменился. Тот, кто обратил, недолго его опекал, обучил основам и заявил, что тяга к приключениям сильнее, и свалил. Согуну достались дом в неплохом и тихом районе, приспособленный для вампирских особенностей, и напутствие «не скучать и не обижаться, если что». Всё остальное Согун узнавал сам, на форумах и методом проб.
Только про способность считывать воспоминания вместе с кровью его мастер кое-что разъяснил сразу. Это — исключительно черта Согуна, ничем таким другие вампиры не заморачиваются.
Объясниться с родителями и съехать оказалось куда проще, чем Согун думал. Помогло, что в последний школьный год он примерным поведением не отличался, не выдержав давления и подвергаясь насмешкам со стороны некоторых одноклассников. А когда Согун провалил вступительные экзамены, у него сорвало крышу окончательно. Так что он понимал Хван Бёль, внезапно показавшую в своих мыслях мост, чёрную реку и таблетки с алкоголем. Понимал и то, как девочка, которая улыбалась за соседней партой в начальной школе, дошла до мрачных мыслей о последних днях жизни. Понимал — и удивлялся, почему наутро Хван Бёль улыбалась и спешила по делам, слишком радостная. Неужели и правда выспалась?
О том, что Хван Бёль вспомнит и узнает его, Согун не волновался. Он достаточно изменился с их последней встречи, а это как минимум три года старшей школы и ещё годы после обращения. Тех трёх человеческих хватило, чтобы из хлипкого подростка превратиться в молодого человека, а обращение добавило облику совершенства, которое отнюдь не угадывалось ни в подростке, ни в молодом человеке.
А вот он Хван Бёль вспомнил. Не сразу, но узнал. От этого мурашки бежали по хребту, когда он целовал её в баре, намекая на приятное продолжение. Хван Бёль хорошо выглядела в свои двадцать семь, Согун смотрелся явно моложе — но всё-таки… Неужели неузнаваем?
Редактор снова написал, уточняя сроки. Согун машинально ответил.
Глава вебтуна висела открытой на графическом планшете, ожидая руку художника. Мысли Согуна вертелись вокруг идеального донора и нераскрытых способностей. Он берег себя как вампира, не рисковал. Но иногда так хотелось чего-нибудь вытворить, туманом пробраться в соседний дом, навеять сны, загипнотизировать случайную жертву. Или разодрать грудную клетку, открывая пульсирующее сердце — врага, конечно же. Наверное, хорошо, что ничего такого вампиры не умели, это всё выдумки людей.
А вот воспоминания…
Согун улыбнулся довольно. Приятно осознавать себя исключительным. Тут же представил, что он — детектив. Или нет, тайный помощник детектива, помогающий тому в расследованиях убийств. И никаких серийных маньяков! Всё схвачено с самого начала, с первых жертв. Интересно, кровь мёртвого сколько хранит? Она невкусная, как испортившаяся еда, но вот воспоминания… Они — доступны?
Надо бы нарисовать следующий вебтун про детектива. Таких тьма и без Согуна, но у него точно получится что-нибудь интересное.
Нехотя он придвинулся к графическому планшету, натянул рабочую защиту на кисть. Отделаться по-быстрому и вернуться к… К чему именно, Согун не стал додумывать. Лень работать в конкретный момент редко связана с необоримыми потребностями заниматься чем-то ещё. Лень это лень. Но хвала всем богам, что у Согуна есть этот заработок, позволяющий спать днём и гулять по ночам.
⠀⠀⠀
***
⠀⠀⠀
Хван Бёль вернулась через три дня.
Согун готовился отправиться на поиски «дамы для сердца», уже собирался выпорхнуть в ночь, красивый, соблазнительный, голодный. Он распахнул дверь, едва отзвучала трель звонка, не спрашивая, кто там.