Большим усилием воли Бату загнал назад пробившиеся чувства. Но сердце трепетало в груди так сильно, что советник испугался за самого себя.
Силлада, смотря на любовника, увидела переживания Бату, думая, что до такой степени поразили её слова. Снова появились слёзы на глазах. Бату ничего не оставалось, как приобнять девушку. И снова нахлынула волна любви и обожания к ней. Бату резко вскочил.
– Давай войдём внутрь, ты холодная вся, – пытался совладать с собой, но предательски дрожащий голос выдавал.
– Что же ты, бедняжка мой, замёрз совсем, – проходя за любовником в комнату, говорила Силлада.
– Всё в порядке будет, когда ты согреешь меня, – кивнул в сторону постели.
– Прости, дорогой, но сегодня не подходящий день для любовных утех, – извинялась принцесса.
– Я всё понимаю. То я дурак. Давай поговорим об этом и тебе станет легче.
Принцесса сомневалась, одно дело любовные игры, другое – интересы королевства. Но парень был настойчив и жестом пригласил её сесть за стол. Она несознательно повиновалась. Да и с другой стороны ей, принцессе Семи Вершин, некому было пожаловаться, скинуть тяжесть проблем. Ей не положено по статусу быть мягкотелой.
– С чего начать, даже не знаю.
– Начни с того, что тебя заставило грустить.
– Потеря наших воинов – причина моих слёз и грусти. За день мы потеряли больше тысячи сынов великого королевства. И они продолжают умирать от ран, полученных в сражениях.
– Что стало причиной гибели стольких людей?
– Генерал Вансель утверждает об измене, – показала письмо. Бату протянул руку:– Если можно?
Без колебаний дала письмо. Советник погрузился в чтение, наморщив лоб.
– Тут говорится о том, что твой план не сработал. Вансель полностью доверился тебе и считал план действенным. Но, как он пишет, им устроили засаду в злополучном овраге и перебили почти всех, – взглянул на принцессу, – Не вижу здесь причин говорить об измене.
– Читай дальше.
Снова наморщив лоб, продолжил чтение.
– Хм. Вот значит как? – дочитав до конца. – Атаковали основные силы неизвестным, дальнобойным орудием? В пламени погибло больше пятисот человек? Перед этим был сигнал, извещающий о наступлении, но Вансель утверждает, что никто его не подавал.
– Что скажешь. Есть причины думать об измене?
Бату вернул бумагу: – Не знаю, что и сказать. Не похоже. Больше походит на умелость принца Кайла.
– Дело в том, что я передавала точный маршрут к "Оврагу смерти" куда Лешие не ходят, боятся духов, они суеверные на этот счёт. Но каким-то образом войско пошло другим маршрутом к оврагу, но не к тому. Откуда Братство знало, куда придут мои войска? – в сердцах спросила принцесса.
Бату развёл руками.
– Это измена, дорогой мой. У нас лазутчик засевший где-то здесь. Не знаю, как он всё это провернул, но завтра же прикажу всем своим службам провести тщательное расследование и выявить врага в нашем стане. Устроить обыски, опросы, пытки, если понадобится, но найти крысу! – уверено изрекала Силлада.
"Прав оказался Моисей, опасность близка. Нужно уходить, пока не закрутилось всё ещё сильнее, – подумал Бату, смотря в глаза Силладе и видя там серьезность намерений".
– Несдобровать тому, кто окажется изменником. Лично буду пытать, и получать от этого удовольствие, – как на яву представила час расплаты.
"Точно нужно уходить, – мысленно решившись, – Жаль, конечно, покидать её и это место, но придётся. Надеюсь, она простит меня, когда-нибудь".
Для отхода, в случае опасности, у него было припасено несколько вариантов. Он решил воспользоваться одним из них прямо сейчас.
– Я не понимаю, из-за чего ты злишься и пускаешь слезы,– вдруг сказал Бату.
Принцесса, округлив глаза уставившись на любовника: – Да что тут не понятного-то? Люди гибнут, а это чьи-то сыновья и отцы.
– Они, прежде всего воины и должны положить свою жизнь, если так надо будет, за принцессу и королевство. Чего рыдать из-за них? – со злостью в голосе говорил Бату.
– Ты в своём уме? Разве тебе их не жалко? – возмутилась Силлада.
– Нет. Не жалко. Мне не жалко скот, который ведут на убой, ради лучшей жизни других, – ошарашил принцессу своими словами.
– Ты говоришь как бессердечный, хладнокровный мужлан.
– Да вот таким и надо быть, что и тебе советую, – посмотрев ей в глаза, – Я же твой советник, вот и советую.
Как и рассчитывал Бату после этих слов начнётся то, чего нельзя будет воротить вспять. После этих слов они навряд ли когда-либо увидятся, это он знал почти наверняка.
– Ты советник?! – возмутилась Силлада, – Ты мне советуешь?! Да ты, кроме, как в постели, ничего не можешь делать. Ничем не интересуешься, кроме как пожрать, поспать и барахтаться со мной. Какой из тебя советник?