Опуская ногу, Ева зацепилась пяткой за дверную ручку, и тело по инерции пошло назад. Инстинктивная попытка ухватиться за воздух или шершавую стену провалилась. Затылок с глухим стуком врезался в острый угол раковины. И мир для Евы погрузился во тьму.
Шумный вдох мужчины, наконец-то заполучившего это тело.
- А, - протянул он на выдохе, ощупывая затылок.
Кровь или краска? Не разобрать. Но тут же, словно одержимый, рванул в душ, смывать с себя этот бред. Под горячими струями воды он блаженно жмурился, наслаждаясь каждым упругим ударом по телу. Тёплая вода и густой пар спёрли дыхание, вызвали головокружение, и перед глазами поплыли мутные пятна. И всё это время на губах играла довольная улыбка.
Выбравшись из душа, первым делом протёр запотевшее зеркало и заглянул в чужие, небесно-голубые глаза. На самом дне зрачков мерцал огонёк, говорящий о его жизни. Он не мог сдержать улыбку, выходя голым в комнату.
Там, на кровати, сидел сгорбленный мужчина, с седой щетиной и тронутыми сединой висками. До старости он был шатеном, наверное… Хотя, теперь уже точно не скажешь.
- Ты почему не намазала краску? - просипел он возмущённо.
А Ева, что уже не Ева, окинула его презрительным взглядом и медленно двинулась к нему.
- Ты знал, что твой фетиш - мерзость поганая? - выплюнула она, и глаза мужчины расширились от ужаса. - Понятно, что ты ещё тот выродок, но откуда эта гниль у тебя в башке?
Брезгливо ткнула его пальцами в лоб, и тот замер, словно поражённый громом, не веря своим ушам. За несколько лет их «сотрудничества» она не произнесла и сотни слов, и те были лишь дежурными фразами, вежливой маской.
- Ты что творишь? - сипло выдохнул он, вскакивая на ноги.
Он хотел было продолжить, но девушка толкнула его обратно с силой, явно превосходящей возможности хрупкой женщины, да и вообще человека. Он ударился головой о стену и тут же схватился за затылок, с гримасой боли на лице.
- Слушай сюда, - рыкнула Ева, забираясь на кровать, чтобы возвышаться над ним во весь рост. - Когда ты сдохнешь, а это случится очень скоро, у тебя не будет второго шанса! Там таких придурков не пропускают!
- Ты что несёшь? - он был взрослым человеком с богатым жизненным опытом, но до одури глупым.
- Делюсь правдой, дорогой, - усмехнулась Ева и тут же накрыла его лицо своей ладонью. - Или, может, судьбу твою предсказываю…
Пальцы сдавили челюсти с такой силой, что у этого извращенца не осталось шанса закричать или позвать на помощь. Кости под её хваткой жалобно хрустнули.
- Тебе стоило, - прошипела Ева, накрывая второй рукой лоб, - прожить эту жизнь лучше, чтобы заслужить второй шанс.
Второй рукой с тонкими, почти прозрачными пальцами, просвечивающими голубыми венами, она проломила его лицо. Руки, словно в грязь, провалились внутрь и с глухим стуком ударились о стену, когда этот «орешек« наконец раскололся.
- Мерзость, - пробормотала девушка, отряхивая руки, - почему мне не досталась монахиня…
Она тщательно вымыла руки с мылом, словно смывая с себя заразу, и села на кровать. Одеваться не хотелось - эта одежда была не в его вкусе.
На часах без двадцати три. Она терпеливо ждала пять минут, не отрывая взгляда от секундной стрелки.
- И-и-и, - протянула Ева, медленно поднимаясь с кровати, подобно пантере, готовящейся к прыжку.
И как только стрелки показали без четверти три, она вырвалась из комнаты, словно выпущенная из клетки. Капли дождя застыли в воздухе, а Ева летела сквозь оцепеневшую толпу к ближайшему магазину одежды. Ей нужна была шёлковая рубашка, брюки из настоящей шерсти и кашемировый свитер. Она до костей продрогла, пока бежала, поэтому выхватила у застывшего посетителя стакан с горячим кофе. И мимоходом, из чистого поскудства, вылила остатки обжигающего напитка за рубашку консультантки.
В планах этого мужчины, что поселился в теле Евы, не было никаких убийств. Во всяком случае, на этот вечер. Он хотел посвятить его исключительно себе, поэтому из дорогого бутика с брендовой одеждой он направился прямиком в шикарный ресторан, чтобы побаловать свои новообретённые вкусовые рецепторы.