— Выдыхай, — вскоре получаю толчок под ребро. — Твой... в два счёта отправил соперника в нокаут.
Коллега посмеивается. Внутри меня всё трепещет. И дышать становится легче — на полную грудь. Я даже мысленно составляю текст поздравления, если вновь увижу Мира, чтобы не робеть и быть подготовленной.
Когда из кабинета выходит Дмитрий Николаевич, то по бордовому лицу становится очевидно — что-то пошло не так, потому что полиция до сих пор находится в кабинете. Обычно их приход занимает максимум пятнадцать минут, но сейчас — прошло куда больше времени.
— Рина, — недовольно шипит. — Быстро и тихо выведите гостей через чёрный ход. Сами — оставайтесь на своих местах. Возможно, с вами захотят поговорить.
— Кто? — ошарашенно интересуется коллега.
— Кто-кто. Мусора.
Кровь стынет в жилах. Сердце падает в пятки. Неужели в этот раз не удалось договориться?
Глава 36
***
С нами действительно хотят поговорить, но проблема в том, что не на месте.
Спустя полчаса после закрытия клуба я, Арина, Ратмир, Егор и Дмитрий Николаевич — садимся в полицейские автомобили.
Мчим по городу быстро и без мигалок, но не чувствовать себя особо опасной преступницей не получается.
Куда везут — догадываюсь, не маленькая, вот только не до конца могу смириться с вопиющей несправедливостью, и до последнего надеюсь, что это какая-то ошибка. Как только её осознают, и нас отправят на все четыре стороны — я больше никогда… Ни ногой в сомнительные заведения.
— Мам, я не успею вовремя приехать…
Украдкой набираю номер близкого человека, теснясь на заднем сиденье с Ариной и директором клуба. Голос дрожит. Слёзы душат, хотя я и стараюсь храбриться.
— В чем дело, Даш? Что-то случилось? Ты где?
Наверное, я мешаю предстоящему отпуску и порчу настроение неожиданной новостью, но взаимен ничего не прошу — просто предупреждаю, чтобы мама не волновалась и не ждала меня к оговоренному времени.
— Как тебя найти? Назови адрес...
Ответить на многочисленные вопросы не успеваю, потому что автомобиль останавливается у серого мрачного здания и нас просят выйти на улицу.
Спешно заканчиваю вызов, прячу телефон и покидаю салон.
Кожу покалывает мелкими иглами. Пульс нарастает. Из-за стресса резко клонит в сон.
Вот бы уснуть и проснуться только тогда, когда ситуация стабилизируется.
На входе в участок тщательно осматривают одежду. Личные вещи, документы, украшения — забирают, как и ремни, и шнурки из кроссовок парней.
Это долбанный сюр!
Когда Арина выкрикивает, что ей полагается адвокат, то получает в ответ снисходительную улыбку и ни грамма конкретики.
Единственный плюс — это то, что мужчины в форме, перетерев что-то между собой, выделяют один изолятор для всех.
Тесный, грязный, тёмный. С двумя койками. Крошечным окном под потолком. И никудышней вентиляций. Зато без дурной компании в виде задержанных уличных торговок наркотиками.
— Скоро отпустят — не парься, — утешает меня коллега.
Замок лязгает прямо по нервным окончаниям.
Я жмусь лопатками в стену и мелко дрожу, но явно не от холода. Примерная пай-девочка никогда и подумать не могла, что попадёт в столь мерзкое место. Жизнь, оказывается, та ещё шутница.
— Точно?
— По закону задержание для нас не может длиться более трёх часов — так сказал Дима.
Тон деловой и чёткий. Хочется верить.
Я запрокидываю голову к потолку и смаргиваю слёзы. Ратмир хмыкает, занимая место на свободной койке, и тут же приземляет.
— Где ты вообще увидела законность?
Крупицы спокойствия ускользают, как песок, свозь пальцы. Я чуть не срываюсь от бессилия. Зажмуриваю глаза. Совершаю вдох-выдох. Не понимая, на каких основаниях нас задержали.
Одно очевидно — дело в том, что Дмитрий Николаевич не сумел нормально разрулить вопрос со взяткой. Возможно, такса увеличилась. Не исключаю, что появились новые нюансы, о которых пока неизвестно. Но верю, что проблема не сильно критична.
— Даш, ты как?
Голос Ратмира врывается в сознание. Наверное, я дышу, как паровоз — громко и часто, но ничего не могу с собой поделать.
Слышу шаги. Обнимаю себя руками и жалобно всхлипываю. На близость с парнем, в которого до безумия влюблена, реагирую на редкость отстранённо.
— Эй, ну ты чего?
Мотаю головой, чтобы не сорваться на истерику. Ощущаю ладони на своих щеках, размыкаю веки. Комната будто сужается, а пол под ногами качается, поэтому я обхватываю запястья Мира и жадно впитываю уверенный спокойный взгляд, чтобы зарядиться таким же настроением.
— Нас просто припугнут, слышишь? — произносит негромко, но достаточно твёрдо.
— А домой скоро?
— Не знаю. Может к утру. Сейчас только додавят того, кого нужно.
Боже. За что?..
Прикусив губу до крови, легонько бьюсь затылком об стену. Я никогда не страдала клаустрофобией, но в данный момент закрытое пространство вызывает резь в висках, страх и тошноту.
— Это долго.
На губах Мира мелькает тень улыбки. Когда он так делает, то тяжесть в грудной клетке на секунду отпускает.
— Ты куда-то торопишься?
Удивительно, но я не получаю ни единого упрёка. Ратмир же предупреждал. Просил. Именно это и имел в виду. Злачное местечко с нелегальным доходом... По-другому и не могло закончиться.
— Иди ко мне, Даш…
Перемещаясь по комнате, сажусь на койку рядом с Миром. Стараюсь не думать о том, кто тут был до меня и насколько качественно продезинфицировано постельное белье — просто отключаю эту функцию.
Под пристальным взглядом Егора, сплетаем наши пальцы. Я чувствую защиту и тепло. Успокаиваюсь. Дышу ровнее. В такой компании находиться вполне терпимо.
— Можешь пока поспать, — предлагает Ратмир.
— Где?
Ответ: «На мне» заставляет взволновано забиться заледеневшее сердце.
— Обещаю, что, как только нас отпустят, сразу же разбужу.
Я не спорю, потому что состояние странное, будто в трансе. Вымученно улыбнувшись и не снимая обуви, забираюсь с ногами на койку и опускаю голову на мужские колени.
Сначала рука Мира едет по моему плечу, ласково поглаживая, но позже — пальцы зарываются в волосы, перебирают пряди и делают что-то вроде массажа. По крайней мере, мне нравится и хочется мурчать от удовольствия.
Парни разряжают обстановку разговорами и итогами сегодняшнего боя. Я слушаю и плавно закрываю глаза, улетая от кайфовых и нежных прикосновений.
А можно вот так, но всегда?
Сложив руки под щекой, жмусь теснее. В какой момент проваливаюсь в сон, даже не осознаю, но за рёбрами перестает давить, сердечный ритм нормализуется, а кислород не заканчивается и наполняет пространство комнаты.
Не знаю, сколько пролетает времени до того, как скрип металлической двери резко приводит в чувство.
Я отрываю голову от импровизированной подушки и щурюсь, когда глаза слепит возникшая полоска света.
— Ты, — указывает на меня пальцем тучный охранник. — На выход.
Встаю с места с лёгким шумом в ушах. Покачиваюсь.
Мир собирается резвее меня. Подходит к мужчине, задает вопросы. Через минуту издевательского молчания — переходит на повышенный тон и толкает того в грудь.
— Слышь, борзый… Хочешь задержаться у нас подольше? Я обязательно устрою, — обещает охранник.
Облизывая сухие губы, провожаю взглядом Ратмира до тех пор, пока за мной не закрывается дверь.
Если бы не он, я бы свихнулась, честное слово.
На ватных ногах следую по неизвестному маршруту куда-то вглубь коридора. Прохожу в плохо освещаемый кабинет, нервно перетаптываюсь. Когда натыкаюсь на крупный силуэт у окна — тут же вытягиваюсь струной.
— Проверь, все ли вещи на месте…
Олег Вячеславович плавно оборачивается и окидывает меня задумчивым взглядом. О чем он размышляет в этот момент — предпочту не знать.
На столе стоит пластиковый контейнер. Внутри то, что я сдавала на проходной.
Прилагая усилия, чтобы отлипнуть от пола, подхожу ближе и осматриваю содержимое сумки. Телефон, украшения, деньги и документы. Больше ничего и не нужно.