Последнюю неделю она гостила у Пэм, когда та не была на поисковых работах в Баундари-Уотерс вместе с поисково-спасательными командами округов Сент-Луис и Лейк, а также местными волонтёрами. Маленькие города сплачиваются в трудные времена, подумала она. А у Ким в городе осталось много друзей, ещё со времён работы в Лесной службе. К счастью, её начальник в Дулуте посчитал её временный перевод в Эли рабочим вопросом, что позволило ей продолжить поиски самостоятельно.
Она вошла в гостиную и остановилась у небольшого столика напротив каменного камина. Её сестра сделала несколько фотографий Баундари-Уотерс, и на некоторых она была запечатлена в каноэ, ремонтирующей тропы или просто бездельничающей перед камерой. Она невольно задумалась, кто же сделал эти снимки. Есть ли у Пэм теперь парень? Вряд ли, иначе Пэм бы ей рассказала. Нет, она…
Она всё ещё переживала из-за своего лесоруба — человека, который даже не удосужился помочь им в поисках Пэм. Насколько сильно он мог заботиться о сестре Ким?
Её телефон внезапно завибрировал, и она увидела, что оставила себе напоминание о встрече сегодня утром в окружном управлении лесничих Лесной службы США в Верхнем Национальном лесу. Она узнала о встрече после разговора с приятной дамой из Солт-Лейк-Сити. В глубине души она задавалась вопросом, как адвокат из Юты и её брат, бывший федеральный агент, могли бы помочь ей найти сестру в глубине Пограничных вод. Но у них обоих были отличные отзывы в интернете, ни одного негативного. В наши дни это было практически невозможно. Несложно было разозлить кого-то практически по любой причине.
На глаза навернулись слёзы, которые она вытерла тыльной стороной ладони. Её сестра оказалась в таком положении только потому, что следовала за старшей сестрой. Это была её чёртова вина, что её сестра работала в Лесной службе здесь, в Эли. Это её вина во всём происходящем. Волна тоски и страха прокатилась по её телу, словно электрический импульс пробежал по венам.
Она взглянула на себя в зеркало над столом с фотографиями и почти не узнала себя. Глаза у неё были опухшими от слёз последних дней, а морщин на лбу и вокруг глаз, казалось, стало больше. Но одно осталось неизменным. Со светлыми волосами, собранными в хвост, она, несомненно, была старшей сестрой Пэм.
На ней была светло-зелёная кофта с короткими рукавами и застёжкой на пуговицы Лесной службы, а также тёмно-зелёные брюки. Она поправила значок и убедилась, что рубашка правильно прилегает к ремню и молнии.
Ким вышла из дома и села в свой грузовик Лесной службы, на котором её начальник в Дулуте разрешил ей проехать 160 километров на север, до Эли. Она проехала через центр города в восточную его часть и остановилась на парковке офиса лесничества Кавишиви – нового здания, которое с высокими потолками и массивными бревенчатыми балками вполне могло бы сойти за элитный коттедж.
Она сразу же отправилась в большой медиа-зал, где проводились сеансы интерпретации с гостями. В зале царила оживленная атмосфера. Она
Она не была уверена, что сможет снова встретиться с этими людьми. Ким знала, что они уже списали её сестру со счетов, и подозревала, что они просто пытаются её успокоить, учитывая её положение в Лесной службе.
Проблема с исчезновением её сестры с самого начала была в основном юрисдикционной. Эли находился в северо-восточной части округа Сент-Луис, со штаб-квартирой в Дулуте и офисами в Хиббинге и Вирджинии.
Но последнее известное местонахождение Пэм находилось на востоке, в округе Лейк, главный офис которого располагался в Ту-Харборс, в двадцати милях к северу от Дулута на озере Верхнее, а также в нескольких филиалах, в каждом из которых было всего по три заместителя. В самом Эли имелось небольшое полицейское управление всего с семью офицерами. Но за пределами города у них не было полномочий. Оставался только Отдел правоохранительных органов и расследований Лесной службы. Поскольку этот округ был довольно большим, обычно для расследования преступлений в этой части Национального леса Верхнее был назначен один специальный агент. Однако из-за бюджетных проблем эта должность оставалась незаполненной последние шесть месяцев.
Стоя одна в глубине зала, она заметила, как в зал вошёл крепкий мужчина в брюках цвета хаки и рубашке-поло. На правом бедре у него висел пистолет, и она предположила, что это какой-то сотрудник правоохранительных органов. Он прошёл прямо в переднюю часть зала и громким, властным голосом приказал всем сесть.