– Можно нам ещё марокканский чай, пожалуйста?
Виктор не понял, услышал ли его официант: он просто ушёл.
– Приятного аппетита, Елена Александровна!
– Спасибо, Виктор!
Елена Александровна начала есть лапшу. Виктор подумал, что стоит воспользоваться этим технологическим перерывом и помолчать.
Виктор смотрел, как она ест. Смотрел осторожно, чтобы не смутить. Всё же не очень вежливо таращится на человека, тем более, занятого едой. А ела Елена Александровна медленно. Наверное, так и надо. Надо всё прочувствовать, а не страдать потреблением ради потребления.
Официант всё же принёс ещё чайник марокканского чая. На сей раз – в прозрачном чайнике. Среди зелёного чая красиво плавали листики мяты, целая палочка корицы и долька апельсина. Кажется, на дне лежали гроздья гвоздики. Красиво. Виктор подумал, что было бы интересно попробовать такой чай. Елена Александровна тоже посмотрела на содержимое чайника.
– Виктор, приходите ещё в гости как-нибудь. Заварю какой-нибудь необычный чай.
– Спасибо, Елена Александровна.
– Постараюсь не загружать Вас сборкой мебели, – улыбнулась она.
– Можете загрузить, если нужно, всегда буду рад.
Виктор подумал, что он вряд ли сможет позвать Елену Александровну осуществить ответный визит. Во-первых, далеко. Во-вторых, с чаем дома беда. В-третьих, один из братьев тоже думает идти на юрфак. Будет прямо-таки вопиющее нарушение субординации. Дома нет пианино и умных книг. Вернее, умные книги есть у папы, но вряд ли Елену Александровну заинтересует геология. Дома серо и беспросветно. Зато – четырнадцатый этаж. И парк рядом. Всегда можно уйти.
Виктор наполнил опустевшую чашку Елены Александровны. Она кивнула и сразу выпила почти всю. Виктор долил.
– На третьем курсе я работала в консалтинговом агентстве вечерним секретарём, – улыбнулась она, – увольнялась оттуда – думала, инфаркт заработаю. И ведь без скандалов, без каких-то проблем. Просто переживала. Думала, это потому что в первый раз. А сейчас… Мне, блин, двадцать пять лет, я уже не девочка-ксерокс, а всё равно. Переживаю. Вдруг что-то важное не довела или забыла сделать, не передала. И ведь позвонят, если что, никаких проблем. А я всё равно…
– Елена Александровна, знаете, я тоже переживаю. Я вчера не забрал упаковку от шкафа. Хотел её выбросить по дороге, чтобы Вам не…
– Бросьте, Виктор, это ерунда. Я выкинула утром.
– Видите, Елена Александровна? Ерунда. А я переживаю.
Елена Александровна улыбнулась и села ещё ровнее, хотя это и казалось невозможным.
– Вы правы.
– Мне кажется, Елена Александровна, Вы зря переживаете. Вы – явно очень ответственный человек.
– Всё относительно, Виктор. Всё относительно. Старший партнёр, под руководством которого я работала, считал меня легкомысленной дурой.
– Это не делает ему чести. И уж точно не делает его умнее Вас.
– Зато у него – общественное положение и авторитет.
Виктор надеялся, что Елена Александровна так расстроилась не из-за этого старшего партнёра лично.
– Может, он получил это всё не сам?
– Нет, конечно.
– Вот видите. Стало быть, он не настоящий. А Вы – настоящая.
Елена Александровна наколола на вилку последний кусок говядины, съела его и улыбнулась.
Проходившая мимо официантка взяла теперь уже пустую тарелку.
– Вам всё понравилось?
– Да, спасибо.
– Желаете десерт?
Елена Александровна взяла лежавший на столе смартфон и посмотрела на время.
– Виктор, может, пойдём? – и посмотрела на официантку. – Счёт, пожалуйста.
– Конечно. Оплата у нас только наличными.
Елена Александровна кивнула, и официантка ушла.
– Уходят от налогов, – задумчиво сказала Елена Александровна, – ну и экономят на комиссии за терминал.
Виктор налил Елене Александровне чай, а затем вылил себе последние капли чёрного. Материализовался их официант: положил счётницу перед Виктором и многозначительно встал над ним. Виктор посмотрел на счёт. Как-то не так уж и много. Жаль, пятитысячную он разменял: было бы интереснее. Меж тем Елена Александровна потянулась к лежавшей на пустом кресле куртке. Виктор быстро дотянулся до своей, достал деньги и положил в счётницу. Официант сделал вид, что нисколько не удивлён платёжеспособностью какого-то оборванца, и ушёл. Может, он даже принесёт сдачу…