Здравые оценки Александра Никитовича, бывало, скрашивались и юмором. Однажды он рассказал:
– Один мой приятель, когда я был у него в гостях – он, кстати, холостяк, вдруг услышал звонок в дверь. Мы сидели вдвоем, выпивали, он никого не ждал. Открыл дверь – там женщина. Слышу разговор: «Сегодня же воскресенье. Как же ты сегодня от мужа ушла?» – «Сказала, что зайду к соседке. Ты не один?» – «У меня сейчас приятель. Я же тебя не ждал.» Женщина заглянула, чтобы убедиться, что все так, как он говорит. Поздоровалась. Затем еще пошепталась с приятелем о чем-то, тот потом заходит и говорит: «Сань, ты подожди пока с полчасика.» – «Мне что – уйти?» – «Нет, что ты, мы на кухне.» – «Ну давай!» Через полчаса приходит ко мне, усмехается. – «Ты, говорю, что?» – «Да так, – говорит, – я у нее уже спрашивал, какой я у нее по счету?» – «Ну, и какой?» – «Третий, – говорит. – Знаешь, Сань, сколько у меня баб ни было, все говорят, что третий. Ну – не первый – это очевидно. Что второй – боятся, не поверю. Вот я всю жизнь в третьих и хожу!»
Михаил подумал, не нашла ли история с приятелем внутреннего отклика у Александра Никитовича – какой ему досталась жена Капитолина или попросту Капа? Спрашивать, разумеется, Михаил не стал, но вспомнил об этом еще раз, когда услышал от Свистунова, что он познакомился каким-то образом с теорией обновления человеческого организма, позволяющей установить, какой пол у ребенка данной супружеской пары будет в таком-то году. С простодушной верой в истинность теории Александр Никитович предварил свои расчеты обращением к жене: «Если по ним получится не так, как вышло на деле, значит, ты, мадам, кому-то дала!» На счастье Капы расчетный пол у обоих детей совпал с действительным. Михаилу показалось, что Александр Никитович остался очень доволен, что хоть на сей раз его Капа оказалась выше подозрений.
Был случай, когда Александр Никитович не удержался от собственных комментариев по поводу сексуальной морали. Эту историю ему передала знакомая продавщица из продовольственного магазина. Работала вместе с ней молодая девка, прямо сказать – блядоватая. В магазине заметили, что она водит тесное знакомство с одним уголовником, недавно вышедшим на свободу. Чтобы узнать подробности, когда этот с позволения сказать ухажер позвонил в магазин и потребовал свою пассию к телефону, то вместо нее взяла трубку другая продавщица. Ей без обиняков велели придти на свидание. – «А куда?» – спросила псевдопассия. – «Куда, куда? – разозлился хахаль. – Приходи туда, где я вчера тебя ебал! Да смотри, пол-литра принеси!»
Изложив эту историю, Александр Никитович смолк и задумался, потом сказал:
– А чего удивляться-то, Михаил Николаевич? В семье у нее все то же самое. Мать живет с котом, кот – как бык, морда – как самовар! – раскатистое «О» сопровождало все слова, в которые оно входило: кОт, кОт, самОвар! – еще долго отзывалось в мозгу у Михаила.
Другая история представлялась загадочной, потому как допускала много вариантов объяснений. Ее Александр Никитович узнал от знакомого врача-гинеколога.
– Приходит на прием одна пациентка, просит проверить, все ли у нее в порядке. Посадил ее в кресло, осмотрел, говорю: – «все у вас в порядке, мадам.» А она настойчиво так требует: – «Доктор, а вы посмотрите повнимательнее.» – Пожимаю плечами, смотрю еще раз, и снова ничего плохого или подозрительного не нахожу. Снова говорю: – «У вас там все совершенно в порядке.» – А она смотрит в глаза и еще раз настаивает: – «Доктор, а вы посмотрите еще повнимательней!» Ну, тут я достал свою штуку и вставил ей прямо в кресле. Когда кончил, она встала, сказала: – «Спасибо, доктор!» – и ушла.