1. На исходе лета
1.
После развода, лучше не отслеживать социальные сети бывшего супруга. Не рассматривать фото его новых девушек. Не сравнивать их с собой, обесценивая себя же. В принципе, после какого-то ни было тяжелого события, глупо оборачиваться в прошлое и разглядывать его под углом «Может, раньше было не все так плохо?»
Не может. Но с течением времени, плохое начинает затираться, а то редкое хорошее, что осталось в памяти становится значительнее в разы. И уже не важно, что мы ссорились по любому мало-мальски важному поводу, что меня ревновали к каждому столбу, и укоряли за лишнюю улыбку или не менее лишнюю трату, мне все равно по ночам вспоминаются его объятия и слова нежности.
Редкие, недовольные, но такие нужные сейчас…
Сволочь!
Не глядя свернула страничку Надоршина и отбросила телефон, запрещая себе изучать на фотографии подготовки к свадьбе. Зарекаясь когда-либо еще отслеживать его в социальных сетях или через далеких знакомых. Алексей женится в эту субботу. Он, судя по видео, счастлив, она – беременна. Ресторан выбран самый дорогой в нашем городке, что уж говорить о платье, лимузинах и кольце. Это вам не простой серебряный ободок, церемония с паро-тройкой друзей и поездкой на скромный пикник – в виду взятого кредита на бизнес.
Бизнес прогорел, кредит остался. И поразительно то, что последнее отчисление в банк совпало с предложением полюбовно разойтись, без дележа совместно нажитого имущества, на котором мы нещадно экономили. Пять лет барахтанья в постоянно протекающей семейной лодке закончились скорбным:
- Я разлюбил, Снежик, извини.
Извинить?
Миссия не выполнима – мне все еще тошно от себя, от него и планов, которые я нагородила на светлое будущее без обязательств перед банком. Планов на тот прекрасный момент, когда мы наконец-то сможем позволить себе что-то большее, чем однокомнатная съемная квартира и запрет на рождение детей.
- Куда нам? – не раз говорил Артем. – Долги закроем - заживем.
Зажили…
Они с невестой зажили, я выживаю.
Вышла в кухню, выудила бутылку шардоне из шкафа и наполнила бокал. Пара глотков не особенно улучшили душевное состояние, но позволили сглотнуть горький ком разочарования. Узкий кухонный подоконник подманил к себе мягкой подушкой, приютил, кольнув холодным стеклом. Город за окном уже укутался в вечерние серые сумерки и стал подмигивать огоньками фонарей, вывесок и машин.
В субботу ожидается дождь, согласно посту на странице бывшего - это хорошая примета. Впрочем, для любого своего проекта Надоршин найдет хорошую примету и заставит в нее поверить остальных.
А я…
Я дура, которая сама себе портит жизнь.
Мало того, что проверяю социальные сети бывшего, точно зная – расстроюсь, так еще и пью, чтобы окончательно закрепить «приятную» эмоцию. С подозрением взглянула на бутылку, так и не отставленную мною на стол, сглотнула вдруг загорчившее вино, скривилась от сочувствия к себе. Даже всхлипнула от мысли, мол, молодец, возьми еще пореви, чтобы в точности исполнить заложенный триггер. В поганый день, проверять испортилась ли жизнь у Надоршина, насмотреться на его фотки, сравнить его новую любовь с собой, попинать себя за отсутствие каких-либо отношений, запить.
Самое то на исходе лета.
Разозлилась, слезла с подоконника и отправила бокал в мойку, затем бутылку в ведро, дверцей хлопнула для острастки, хотя лучше бы побилась о нее головой. На хрен этого урода, и мою зависимость от него тоже на хрен! Год на свидания, пять лет на брак, восьмой месяц на тайные наблюдения!
- Давай, малыш, берись за краски и раскрашивай свою собственную жизнь, не ожидая принца или подлеца. Сама. Действуй сама. Выбирай сама. Научись понимать чего ты хочешь сама… - Посмотрела в сторону телефона, снова всхлипнула. - Ладно, сегодня можно и пореветь.
Слезы сегодня – это мелочь, главное, найти на субботу какое-нибудь дело или тело.
***
Дело искать не пришлось.
Коммерческий отдел вновь сцепился с техническим, и заявил, что закупка деталей для оборудования была произведена согласно договора и претензий к ним быть не должно. Так-то оно так, но детали, прописанные в договоре абсолютно не соответствовали тем, что имелись в техническом задании. И в какой момент одни номера превратились в другие неизвестно, однако претензии почему-то отправили нам, в юридический.
- Я тебе мамой клянусь, - прошептала моя коллега, перегнувшись через стол, - это все Аурика из коммерческого. – Она сделала большие глаза и похлопала ресницами. - Милая девочка, которую все любят и все ей прощают. Со снабженцем говорила она, данные на договор передала она, лоханулась тоже она и не в первый раз.