- Ты не рада.
- Есть чему?
Я вряд ли шокировала его своим наблюдением, однако волна озноба прошла по телу, затаилась где-то на уровне шеи. И это под воздействием валидола, что бы было явись я без ничего.
- Поясни, - после длительного молчания потребовал боров и поднялся из кресла. Со вздохом, замаскировавшим натуральное кряхтение. Елово-апельсиновая атака стала агрессивнее. Пару раз пришлось моргнуть, чтобы очистить обзор.
- Если это не моя заслуга, то в скором времени выяснится, что я не справляюсь с возложенными обязанностями. Ошибки будут копиться, промахи придется прикрывать, а человек продвинувший меня на эту должность, вскоре закончит свой контракт.
- Ты не единственная лошадь в этом забеге с препятствиями. – Угроза передать морковку другой тренированной и беговой? Ну-ну!
Сказать бы, что с жокеем его роднит только рост, но боюсь после такого я даже уборщицей никуда не устроюсь, ни в нашем городе, ни в соседних двух. Поэтому медленно киваю и произношу:
- Знаю. – Что я не единственная, не лошадь, не в забеге. Именно поэтому, хрена с два соглашусь на продвижение по карьерной службе. Пусть отзывает свою протекцию и ищет другую благодарную дуру. Авось повезет, и она будет впахивать не только на работе, но и на коленях до и после нее.
Меня смерили неприязненным взглядом, скривились и подтолкнув документы ближе, указали на дверь. Свободна? Уже? Какая радость.
Я поднимаюсь со стула, ощущая как в одеревеневшее тело возвращается кровь, иголки озноба с затылка ползут вниз по хребту, чтобы мелкими уколами напомнить о себе в ногах и руках. До двери остается всего пара шагов, когда в спину раздается умеренно злое:
- Я хотел подсластить горькую пилюлю.
То есть у него не только маленький, но и горький? Не повезло мужику!
Сцепив зубы, задавила смешок и, обернувшись, хотела сказать «спасибо», однако на ум пришла другая фраза.
- Пилюлю или морковку?
Теперь наступил его черед молчать, а я в нервном движении пригладила полы пиджака. Под пальцы попалась полая подвеска с шерстью кошки, и в моем мозгу что-то щелкнуло. А не является ли так называемое повышение просьбой не распространяться относительно слабостей Самсонова. Кто знает, сколько недоброжелателей он накопил? Десять, двадцать, по сотне в каждом новом месте работы, где приходилось процесс реорганизовывать и облегчать посредством увольнений? Все же с ним в связке работает такой же кризисный HR, за их спинами должно быть толпы обиженных.
И что теперь делать? Извиниться за кошку в его машине, сказать прямо, что буду молчать об аллергии или заверить, что не нуждаюсь в подсластителях? Нет, это будет слишком по-простецки, циник не оценит. Пора учиться говорить полунамеками, между строк.
- Избыточная сладость вредит здоровью, - произнесла я, спокойно встретив его прищур, - достаточно простого уважения.
- Уверены? – Смотрите-ка, вернулся старый добрый официоз, ко мне снова обращаются на «вы»!
- Паритет – хорошее слово.
Я открыла дверь, я закрыла дверь. Как в тумане вернулась в кабинет, забрала свои вещи и отправилась домой. Такси, ужин, постель. Господи, пусть мне только послышалось, его излюбленное: «Проигран бой, но не война!»
9. Для здоровья
- Ничего себе новости! – Голос Юли казалось преодолевал возможности динамика и разносился по всей округе. – Каким образом он остается у вас еще на один трехлетний срок?! Какого ляда? Кто решил?
- Распоряжение сверху, - промямлила я, все еще перебарывая нервную дрожь, что накрыла с головой несколько часов назад. Радостную весть нам сообщили собрав всех начальников и директоров в конференц-зале на фуршет. Я была уверена это прощальный ужин, но нет… Самсонов остается.
Самсонов остается, а меня кроет ужасом. Неужели это и есть та самая горькая пилюля, о которой он говорил?
- Да чтоб этих уродов..! – Юля разразилась громкой тирадой непечатного содержания и шумно выдохнула в конце. – Я знала, я знала, что так и будет. Чувствовала, блин!
- Я тоже что-то чувствовала, но на блин это было не похоже, скорее на писец.
- Шутишь?
- Это нервное, - призналась я. Приближение писца ощущалось как приближение грозы, когда воздух перенасыщен озоном, поднимается ветер, вокруг все резко темнеет, а в небе вспыхивает первая молния за секунду до того, как под удар грома на землю обрушится холодный дождь.
Странное волнение, шепотки, внезапная командировка Пал Палыча в столицу, опечатывание его кабинета, выдвижение подозрения в сговоре с владельцем «ГорСтраха», свидетельские показания бывшего главного инженера, распоряжение об увольнении по статье, иск. Назначение старшего специалиста Снежной Валентины Юрьевны временным и.о. начальника юридического отдела. Первое распоряжение – выжать из сбежавшего Пал Палыча все, что можно и нельзя, второе - явиться в конференц-зал к 17:30, где по ощущениям взорвалась водородная бомба.