Разница в двадцать лет и шестьдесят килограмм его мало смущала, отсутствие какого-либо интереса с моей стороны – тоже. А ведь на него вешались, его находили финансово привлекательным дамы постарше и понаглее, но нет. Это унылое ничтожество не особенно интересовалось хищницами, оно желало охоты. А вело себя как браконьер.
- Хм, добрый день, Валерия, - нашел он нужным поздороваться.
- И вам, - бесцветно откликнулась я.
Не дождавшись более вежливых формулировок с моей стороны, САМ дал распоряжение ехать и тоже выудил телефон, но не включил. Он стал им постукивать по колену, все больше нервируя меня и вызывая тошноту от безысходности. А ведь я уже не завтракаю, да что там, я забыла о том как ужинать и с каждым днем все меньше сплю.
Еще немного и мне придется обратиться к психологу. Впрочем, следовало это сделать, едва начальственная рожа стал комментировать мою внешность. Кажется, этот метод называется уничтожением серотонина. Жертву раз за разом заставляют сомневаться в своих профессиональных навыках, затем переходят на внешность, позже на личные качества, низводя до состояния унылой амебы не способной к сопротивлению, самостоятельности и волевым решениям.
Вначале я оказалась посредственным юристом с дипломом из шарашкиной канторы, затем недалекой сотрудницей без владения английского языка, позже идиоткой, которая не достойна повышения зарплаты, под конец страшилой, на которую мало кто покусится, а потому я должна быть рада любому проявлению интереса. Даже от мудака, парфюм которого вызывает позывы к рвоте даже без присутствия носителя
- Что надумала? – прервал молчание САМ, когда авто выехало из промзоны и завернуло на трассу, минуя наш городок.
- О чем? – спросила я, нажав на язычок, опускающий стекло, и высунулась в окно, чтобы не чувствовать елово-апельсиновую смесь, перебивающую даже аромат освежителя в авто.
- Не помнишь? Какая маленькая память для такой красивой головы. – Меня смерили пренебрежительным взглядом, опять перейдя на неофициальное «ты», словно я позволяла. – Мы говорили об этом три дня назад.
- Во вторник?
Ах, да. Три дня назад, меня срочным звонком вырвали из объятий вечернего сериала и вызвали в офис. Позже оказалось, не в офис, а в корпоративную квартиру, которая - вот так диво - занимает целый дом и находится в коттеджном поселке макро-элиты нашего городка. На личную встречу с САМым. Проходящую тет-а-тет.
Остается только радоваться, что сестра которой я позвонила с очередной жалобой на начальство, настойчиво предложила мне захватить с собой племяшку. Пятнадцатилетняя девица, мало походила на оторву, неспособную самостоятельно провести один вечер дома, зато стала прекрасным громоотводом. Любопытная болтушка, заваливала Самсонова вопросами и не стеснялась коротких ответов сквозь зубы. Нас чинно поводили по дому, мне без грязных намеков передали документы, что могли бы подождать до утра, угостили конфетами, чаем, бутербродами с сыром, затем со скоростью в 140 км/ч подвезли домой.
Самсонов гоняет когда зол, и в тот вечер едва держал себя в руках. Помню на последок он сказал что-то о женском коварстве и пообещал ответить мужским. Через день поставил ультиматум - либо я соглашаюсь на его предложение, либо он тотально портит мне жизнь. Думаю, в сегодняшнем столкновении технического и коммерческого отделов, при должном старании вполне можно обвинить мой, юридический. И если начальник отдела травлю поддержит, то меня ровнехонько по стеночке размажут всем нашим добрым коллективом…
- Надумала?
Я с сожалением закрыла окно, досчитала до десяти и повернула голову к борову. Он не ожидал положительного ответа, я не собиралась его давать. Уж лучше увольнение, но в последний момент, что-то во мне перемкнуло. Почему я не могу испортить ему жизнь, точно так же как он мою.
- Я согласна.
Сколько там осталось до завершения его контракта? Сорок дней? Отлично! За это время его и закопаю, и отпою.
Долго, очень долго САМ смотрел на меня, оценивая. Маленькие глазки над заплывшими щеками медленно двигались справа-налево, толстые пальцы сжали телефон. Вскоре у него подскочило давление, отчего кровеносные сосуды проступили под кожей, а нос налился краснотой. Неприятное зрелище, он вот-вот начнет потеть, страдать отдышкой и нервно дергать щекой как это было на недавних переговорах.
- Вам плохо? Вызвать скорую? Или лучше сразу подъехать в приемный покой? Станислав, - обратилась к шоферу, - вы не могли бы…
САМ вряд ли заметил иронию в моем доброжелательном тоне, но интуиция старого циника не подвела.