— Куда? На базу? — спросил пилот.
— Нет, Гена, не дотянем, — более — менее расслабившись, вытянувшись в кресле, ответил Сенсей. — Дай карту, ткну, где сесть. У меня там дача, близ финской границы. Уютный деревянный домик. Вблизи есть сносное место для посадки. Там хорошо, вам понравится; там и переночуем. Устал я что-то… Третьи сутки без сна, если честно…
Вертолет сел удачно; они вышли под яркие звезды. Вблизи горели окна дачных домиков. Вертолет пилот оставил в лесу, на небольшой прогалине, замаскировав его включенными приборами невидимости.
На другой день проснулись все поздно; за окном таял снег.
— В Петербурге, должно быть, слякоть… А здесь — еще ничего. Не всё растаяло, — сказал Гена, ставя чайник.
— Давайте, отдохнем здесь до вечера, — предложил Сенсей.
Остальные согласились. Дача, сосны вокруг, камин…
Гена читал книгу с планшета, Сенсей отсыпался. А Неназываемый вновь погрузился в воспоминания…
В те далекие, смутно припоминаемые, времена он впервые… пережил то, что называл теперь трансформацией. Стал вновь молодым. И… никому не известным. Ему пришлось покинуть дом, раньше, чем кто-либо обнаружит его здесь… Что он сказал бы людям? Как объяснил бы, кто он такой?
Уходя, он забрал с собой котомку с вещами, взял деньги и драгоценности. За бутылку хорошего вина приобрел потом документы погибшего на дороге юноши и отправился в Краковский университет.
К счастью, позже он встретил на своем пути Сапегу, других хороших людей, вступил в тайный Орден… Он спускался в жерло вулкана, путешествовал по горам, помогал Ордену и Сапеге во многих опасных предприятиях; не раз он и его товарищи спасали путников и монахов в монастырях от бандитов и ополоумевших орд фанатиков; не раз, для того, чтобы раздобыть информацию, переодевались в бродяг и нищих, в крестьян и торговцев. Прага, Вена, Париж… Тайные улицы, трактиры, карточные игры — моло ли приключений выпало на его долю?
В конце концов, он встретил его… Венгерского князя Эстергази, человека проницательного, необычного; награжденного орденом Золотого Руна. Эстергази оказывал ему поддержку и покровительство, делился с ним своими знаниями и щедростью своей души. В конце концов, он… всегда подозревал, что Эстергази — не простой человек. И даже, не просто посвященный одного из сильных, богатых орденов. Он никогда не спрашивал его ни о чем, но поручения выполнял беспрекословно. Чтобы свободно колесить по всей Европе, он купил себе титул графа… Никто не знал, что он и родился с этим титулом, и прожил уже жизнь графа, ранее, до первой трансформации… Только потому, он с легкостью вписался в эту роль, вновь предоставленную ему жизнью.
С Марией он познакомился через Эстергази, который хорошо знал её мать. Дружил с нею и переписывался. Страшная трагедия, которая постигла Марию и её семью, до сих пор снилась ему в кошмарах. Она не избежала своей страшной участи, виновная лишь в том, что родилась в так называемое «новое время» — эпоху грязную и кровавую, в отличие от прежнего, «темного» средневековья.
Чаша страданий и боли отныне преследовала всех тех, кто не укладывался в прокрустово ложе «обычного человека»: талантом ли, верой ли или необычностью судьбы.
Она, Мария, была казнена на плахе.
А он? Тот, кто был вхож во дворцы, кого титуловали графом… Мог ли он с этих пор спать спокойно? «Чем я заплачу? И… не слишком ли я здесь подзадержался? — думал он тогда.
Чем придется расплачиваться ему? Одиночеством, потерями, болью?
Её дочь… Это единственное, чего он смог добиться. Она была спасена, скрыта от мира. А ещё, именно тогда он вошел в тайный Орден, посвященные в который не имели формальных отличий, никогда не собирались вместе и даже… Не знали друг друга. Он посвятил себя служению.
Значит, снова Франция? Череда лиц и событий проходили перед ним, вырванные памятью…
Фанни… Согласится ли она поехать вместе с ним?
Глава 9. Станция «Неизвестность»
Николай, не чувствуя реальности происходящего и ног под собою, в опьяняющей его, нахлынувшей радости, довольно долго бродил с Машей по городу; особенно долго они задержались возле Исаакия с его уже праздничной подсветкой, потом — на набережной, глядя в темную, не замерзшую воду Невы, сверкающую отраженными огнями фонарей. Тихо падали хлопья снега; ветра уже не было, вьюга утихла. К утру, должно быть, вся эта снежная сказка и вовсе растает.
Они проводили домой Владика, а сами решили погулять по городу. Кроме того, он зашел в свою квартиру и решил, что тут нужна будет даже не просто уборка, но капитальный ремонт… Квартира была в жутком состоянии. И тогда Владик, к которому они вновь зашли, предложил Николаю пожить немного у него. Заодно, он проследит, не будет ли у Владика первое время проблем со здоровьем. Николай был рад, и тут же согласился.